– Думал. Позже позвоню. Вначале с Евсеем Петровичем поговорить надо.
– Хорошо. Тогда сообщи, – заключил Тима.
***
В кабинете главного врача болшевской городской больницы №3 за письменным столом в своем кресле сидел Евсей Петрович, а напротив него – Дмитрий. Окно за спиной врача было открыто, белая занавесь колыхалась на ветру.
– Евсей Петрович, я понимаю, что рано делать какие-то прогнозы, но… Мне надо знать хотя бы какие предположения.
– Могу сказать пока только одно: ты ее вовремя доставил, Дима.
– Я ваш пожизненный должник, Евсей Петрович. Вечный.
– Ладно, не говори ерунды.
Евсей Петрович сделал паузу, после чего продолжил:
– Прогнозы делать не буду, все зависит от того, как восстанавливаться будет. Возможно, рожать не сможет. Будь к этому готов. – Дмитрий окаменел. – Мало времени прошло после выкидыша, а тут такая оказия. Сказать трудно. Может, обойдется.
Переварив сказанное Евсеем, Дмитрий обратился к врачу:
– Евсей Петрович, знаю заранее, что вы скажете, но вопрос серьезный, так что мы с вами должны его обсудить. Надо мной сейчас сгущаются тучи, и я беспокоюсь за безопасность Юли. Мне трудно будет обеспечить ее здесь. Когда ее можно забрать?
Евсей покачал головой и собирался что-то сказать, но Дмитрий не дал ему этого сделать:
– Подождите. Я все понимаю. Если нужны сиделки, даже штатный врач, чтобы приставить к ней, любые расходы, Евсей Петрович, любые. Это не проблема. Здесь ей находиться опасно. Поймите.
– Дима…
Дмитрий применял всю силу убеждения, на какую был способен:
– Меня беспокоит только вопрос перевозки. А врачей, если не сможете выделить мне кого-то своего, я найду. Из Саратова привезу, из Пензы. Но, конечно, лучше бы ваших. Естественно, ставка будет двойная. И с проживанием на месте. Только нужен человек проверенный, чтобы не болтал. – Дмитрий сделал многозначительную паузу. – Ею интересуются определенные люди. Это вызывает у меня серьезные опасения. Ее срочно нужно увозить отсюда. Желательно, сегодня же. Не привлекая к этому внимания.
Евсей посмотрел на Дмитрия серьезно.
– В принципе, вопрос перевозки здесь не самый важный. Ей пока нужен стационар. В домашних условиях это трудно.
– Трудно, но выполнимо. Я хочу забрать ее к матери. Вы же ее знаете. Если перед ней стоит задача, то она обязательно будет решена. Но мне нужно точно знать, что будет необходимо. Если вы меня смогли бы всем этим снабдить, это было бы прекрасно. Меня интересует только вопрос времени. Нужно сделать все, чтобы это было как можно быстрее. О деньгах не повторяюсь. Все, что скажете. Включая пожертвования.
– Дима, ты прекратишь или нет? Как будто я тебя первый день знаю.
– И тем не менее. Случай неординарный. Экстренный. Соответствующей должна быть и оплата. Знаю, что вам деньги не помешают. И что они на дело пойдут. Поэтому и предлагаю.
Поразмыслив, главврач ответил:
– Ладно, раз все так серьезно, как говоришь, Лена ей займется. Сама. Попрошу.
– Евсей Петрович, родной вы мой!.. – голос Дмитрия задрожал от волнения.
Дмитрий встал и подошел к Евсею, тот тоже встал на встречу. Мужчины горячо обнялись, Евсей утешительно похлопал Дмитрия по спине. Затем последний отошел на шаг назад:
– Сейчас позвоню, – пообещал Евсей.
– Тогда я могу договориться с мамой на сегодня?
– Да, звони, договаривайся.
Глава 23
Юля лежала в спальне Анастасии. Это была большая светлая комната со стенами цвета слоновой кости и белым потолком, в центре которого висела классическая хрустальная люстра. К потолку примыкали широкие белые карнизы, обрамленные изящной лепниной. Окно было зашторено плотным белым тюлем. Возле него стояла широкая кровать с белым витым подголовником в классическом стиле. Она была накрыта покрывалом под цвет стен. У противоположной стены был комод с зеркалом, к нему были приставлены две одинаковые тумбы. Мебель в комнате была расставлена несуразно. Чуть дальше середины комнаты стояла койка на колесах с медицинской тумбой и многоуровневым столом, заставленным аппаратурой. Юля спала. Возле нее стояла стойка для капельниц. В катетер, одетый на руку Юли, лилась жидкость. На небольшом диване-банкетке из того же гарнитура сидела женщина. Она работала за ноутбуком, стоящим на столике, приставленном к дивану. Дверь тихо открылась, и в комнату вошла Анастасия.
– Лена, я чаю принесла, – тихо обратилась она к сидящей на диване женщине.