— Спасибо, Марин. Ты удивительная.
Она зарделась и полыхнула на меня глазами. Черт! Кажется, я что то не то сделал?
— А ты оказывается умеешь говорить комплименты?
Вокруг раздались аплодисменты. Я огляделся. С нами вместе танцевали Берг с Ленкой, Паша с Магдой, и еще кто то. Всего пар двадцать. А больше молодежи сегодня и не было. Среди пар я разглядел и своих бывших однокашников, и кавалергардского подпоручика, знакомого по тренировкам. И каких то преображенцев.
Я привел её обратно, Она огляделась и скомандовала:
— Паша! Мазурку ты танцуешь со мной. Орлов приглашает Магду, Берг, ты танцуешь с Ангеликой. Черкасов! — позвала она знакомого кавалергарда — пригласи Елену Игоревну на мазурку!
Магда оказалась простой и приятной в общении. Пока мы танцевали, она успела рассказать, что мое появление в замке, вызвало в округе метримониальное оживление. Отец у неё интересовался, не желает ли. Но какое замуж, если я тебя ни разу даже не видела. А Неверов с кем ни будь обручен? Слушай, про ваши подвиги столько писали, как вы только смогли? Нет не обручен, а с подвигами все вышлопо плану, то есть случайно. Обязательно передай господину борону мои извинения.
Галоп я прыгал с блондинкой Ланской. Танец галоп соответствует своему названию, и позволяет разнузданно порвать танцпол. Но совершенно не способствует разговорам. Тем не менее, вежливо поблагодарил Валентину, провожая обратно в цветник.
— Ну, и что дальше, главнокомандующий? — спросил я Маринку. В принципе, обязательная программа — три танца, исполнена. Выпив и слегка закусив, можно уходить.
Она засмеялась, взяла меня под руку и сказала:
— Пойдем, попьем лимонаду.
Мы вышли из зала, но не успел сделать и пару шагов, как нам преградил дорогу какой то крендель в мундире подполковника Преображенского полка. Лет двадцати пяти — тридцати, усатый и весь лоснящийся и сверкающий.
— Позвольте представится, князь Эстерхази! — нервно шевеля усом сказал он, — разрешите ангажировать вас на следующий танец?
Все это он произнес горя очами и не отрывая взгляда от меня. Маринка осторожно освободила мой локоть, и протянула ему ладошку.
— Конечно князь, извольте.
Он постоял немного, потом, гордо вздев голову, ушел с ней обратно в зал. Это меня что, оскорбили что ли? Я задумчиво подошел к буфету и взял сигару. Пока раскуривал, пока мне налили коньяку, пока я чесал репу и думал, что снова в застенки неохота, но и спускать такое вроде как нельзя. Музыка в бальном зале отзвучала, стихли аплодисменты, в буфетную снова вошел князь Эстерхази. Первый кого он увидел — я, задумчиво выпускающий дым к потолку.
— Ты еще здесь, сопляк? — спросил он с непередаваемой интонацией, подходя ко мне. В буфетной стало тихо. Я затянулся и выпустил ему дым в лицо.
— Мне крайне интересно, как называть человека, пытающегося спровоцировать на дуэль дворянина, которому глава Тайной Канцелярии запретил участвовать в дуэлях? — задал я риторический вопрос.
— Трус всегда найдет отговорки!
— Ну что же, князь, я готов наплевать на запрет, и убить вас. Только сразу предупреждаю. Условием поединка будет передача проигравшей стороной ВСЕЙ — я выделил голосом — собственности. Да и то, такая мразь как вы, не должна иметь хоть что то. Видимо, моя планида — сокращать на земле количество ублюдков, и за это страдать. Но не бесплатно же!
Я смог. Хоть и побаивался не успеть. Но папина школа, да и разогнанный до предела метаболизм, позволили увидеть, как его ладони начали наливаться жарким свечением. Схватил его за руку, и сломал палец. Я вполне сознательно его провоцировал. Судя по его взвинченности, чего-то такого и следовало ожидать. Хотя я думал, что он попробует лезть с кулаками, и тут то я его и вырублю на часик.
Но вышло даже лучше. Применение боевой магии строго регламентировано законами Империи. Использование её в жилом доме, да еще и высшей аристократии, это преступление пострашнее дуэли. Что касается сломанного пальца — это до первого мага лекаря. А пока ему не до магии. Так что все сложилось удачно. Я вспомнил свой первый день в этом мире, и схватил его за нос, задрав руку повыше.
— Ступайте, князь, отсюда. И подумайте над своим поведением. Потому что в следующий раз я вас точно убью.
И отвернулся. В буфетной загомонили, и сделали вид что ничего и не было. В бальном зале снова стихла музыка, зазвучали аплодисменты, а потом пришла Минина. Эстерхази уже куда то делся.