— Почему же? Оттрахать ее учительницу в нескольких метрах от нее на ее же выпускном тебе было не стыдно, да и удовольствие ты тогда получил нехилое! — Она положила руки ему на плечи, с желанием заглядывая в его глаза. — Ты же хочешь, я знаю. Ты всегда хочешь, — она запустила одну руку в его волосы, откидывая назад его голову, а другой взяла его руку и положила к себе на талию. — Алана спит, а в этом доме много комнат, она даже не узнает… — продолжила она, наклоняясь к его чувственным губам.
— О чем я не узнаю? — Раздался из холла голос и в кухню вошла Алана, одетая во вчерашнюю выбранную рубашку Бертрана. Девушка с изумлением уставилась на открывшуюся ее взору картину. Бертран усмехнулся:
— Что твоя мать уже второй раз пытается бессовестно меня соблазнить. — Он не спешил отстраняться от Хелен, ожидая ее дальнейших действий. — Если в первый раз это было более завуалированно, то сегодня, как видишь, мы перешли в открытое наступление.
Хелен опустила руки и отошла от мужчины, смотря на дочь:
— Алана, это неправда! Я пришла, чтобы найти тебя, а он стал приставать ко мне…
— Мама! — Девушка, не веря своим глазам, смотрела на мать. — Я знаю Бертрана, и уж поверь, когда он «пристает», то не сидит спокойно на стуле с безразличным лицом. Он более активный в прелюдиях. — Ее лицо исказила гримаса отвращения. — Я не могу поверить, что ты на такое способна! А как же отец?
— Алана, доченька, ты все неправильно поняла! — Хелен подошла к Алане и попыталась ее обнять, но та в ужасе отшатнулась от нее, выставив перед собой руки. — Ты же совсем ничего о нем не знаешь. Он трахается со всеми подряд! Он даже миссис Кларк мимо не пропустил!..
— А тебе завидно стало? Как же ты-то не успела! — Девушка саркастично улыбнулась. — Обскакала тебя Миранда?
Хелен затравлено оглянулась на Бертрана, потом снова обернулась к дочери:
— Я хотела, чтобы ты увидела, какой он на самом деле…
— Какой? Да я знаю, какой он! Нежный, любящий, сногсшибательный, романтичный, порядочный, прекрасный — это все он, мой Бертран! И не смей больше никогда говорить, нет, даже думать о нем плохо! — Алана, сверкая глазами, смотрела на мать. — Уходи и не вздумай больше здесь появляться или я расскажу все отцу.
Хелен несколько раз перевела взгляд с Аланы на Бертрана и обратно, потом развернулась на каблуках и, с гордо поднятой головой, вышла из дома. Алана обняла себя за плечи и со страхом посмотрела на Бертрана.
— Мир сошел с ума, и меня забыли об этом предупредить, — пролепетала девушка. Бертран подошел к ней и обнял, почувствовав к ее колотит, словно в лихорадке.
— Детка, присядь, ты еле стоишь на ногах. — Он подвел ее к стойке и усадил на высокий стул. — Что на завтрак хочет моя храбрая девочка? — Берт нежно поцеловал ее в щеку, а она прижалась к его груди и вдруг из ее глаз потекли слезы. — Ну же, Алана, перестань. Все закончилось, ты храбро сражалась за меня, я просто покорен…
— Скольких еще женщин мне придется отгонять от тебя поганой метлой? — Стуча зубами и вытирая слезы проговорила девушка. — Почему они никак не успокоятся?
Бертран налил ей горячего чая, добавив туда мяты, плеснув успокоительного, найденного на полке, и поставил перед ней тарелку с бутербродами.
— Потому что раньше я неправильно себя вел. Я не задумывался о последствиях, жил только сегодняшним днем и мне было наплевать, что подумают обо мне другие. Кого-то я сильно задел, кого-то обидел, но клянусь, я никого не обманул. Я всегда был предельно честен и никому ничего не обещал. Но дурная слава бежит впереди меня, и те женщины, с которыми я еще не был, решили, что я просто обязан с ними быть. — Он пожал плечами. — Вот такой я, Алана, безо всяких прикрас.
— Слава богу, что при своей активности, за тобой не тянется хвост из наследников… — пробурчала под нос Алана, сверкнув из-за кружки глазами. Поняв, что девушка немного успокоилась, он нежно прижал ее к себе, погладив по голове.
— Я всегда предохраняюсь, ты же знаешь… — и он мягко прикоснулся губами к ее волосам.
Она вдруг замерла в его руках.
— А вчера, — тихо прошептала она, откладывая бутерброд.
— Что — вчера? — непонимающе спросил Бертран.
— Ну вчера, когда мы занимались любовью здесь, внизу… — с ужасом посмотрела на него девушка. Он с минуту всматривался в ее глаза, потом понимание свалилось на его голову.