- Согласен, - незамедлительно парировал Мирза. Он шагнул к окну и высунулся наружу с выражением преувеличенного удовольствия на лице. Слишком хороший день для споров. Невероятный отсюда вид, правда? Я уже начинаю жалеть, что опять возвращаюсь в большой город, надо было подождать, пока лето не кончится.
- Что? - Пол почувствовал неприятный озноб. - Ты уходишь из Чента?
- Да. Ты ведь знал, что я ищу работу.
- Да, но:
Мирза повернулся и спокойно посмотрел Полу в глаза. Помолчав некоторое время, он сказал:
- Я скажу тебе, почему мне никогда не приходило в голову завидовать пациентам, Пол. Им не уйти из этого места, даже когда они не могут его больше выносить. Я сыт по горло Святым Джо, и это выплеснется наружу, неважно, пошлю я ему бумагу или просто скажу все, что думаю, и уйду. Если это придет в голову пациенту, его накачают наркотиками или просто сунут в смирительную рубашку, чтобы не забивать голову чужими проблемами. Представь, провести в этой дыре остаток своей жизни. И выйти отсюда только на катафалке.
Он крутанулся на каблуках и вышел, оставив Пола стоять пораженным тем ядом, который прозвучал в его голосе.
"Никогда не знал, что он так ненавидит это место; он всегда всех разыгрывал и смеялся: Я ведь чувствую то же самое. Почти то же самое, но я смогу перетерпеть, пока не кончатся два года - я думаю. По крайней мере, придется постараться. Но какую глупость я сказал о зависти к больным. Что они должны чувствовать! Что должна чувствовать Арчин, вспоминая вольный воздух Ллэнро! Находиться здесь - значит, сходить с ума, неважно, был ли ты раньше сумасшедшим. Арчин, запертая до старости в Ченте, вечно оплакивает свой потерянный и прекрасный дом, слоняется по больнице в грязном тряпье со спутанными волосами и черными ногтями, пахнет, как старуха, ни с кем не разговаривает, если не считать односложных ответов санитаркам: Господи, какая потеря, какая потеря!"
33
В последнее время Пол вообще мало разговаривал с коллегами во время их совместных трапез, а сейчас новость о предстоящем отъезде Мирзы подействовала на него так угнетающе, что он совсем замкнулся. Натали сделала несколько попыток втянуть его в общую беседу, но безуспешно; он заметил, как ее взгляд встретился со взглядом Мирзы, словно спрашивая, что случилось.
Ожидая, пока принесут десерт, он неожиданно почувствовал, что не может больше находиться в их компании. Он резко отодвинул стул и вышел. На площадке перед столовой никого не было. Поддавшить неожиданному порыву, он, вместо того, чтобы вернуться к себе в кабинет, приложил ухо к двери и стал слушать.
Сначала раздался голос Натали.
- Странное у Пола настроение, правда?
- Постарайся посочувствовать, - сказал Мирза. - У бедняги семейная жизнь налетела на камни, а с этим за два дня не справишься.
- Неужели все то же? - со смешком произнес Фил Керанс. - А я думал, что-то не так с его любимой пациенткой. В последнее время он не любит о ней говорить.
"Тебе-то какое дело? Или надеешься услышать грязные детские воспоминания и потешить свою закомплексованную католическую душу?"
Не понимая, что делает, Пол резко рванул на себя дверь и шагнул в столовую. Все недоуменно уставились на него.
- Я: э-э: я не оставил тут свои сигареты? - сымпровизировал он.
Повод, судя по всему, не показался уважительным; во всяком случае, их глаза задержались на его лице дольше, чем ему хотелось бы, пока Мирза, сидевший ближе всех, не сообщил, что никаких сигарет здесь не наблюдается.
- Значит, они в кабинете, - пробормотал Пол. - Простите.
Во второй раз захлопнув дверь, он почувствовал, что покрывается потом отнюдь не из-за жары.
"Что на меня нашло?"
Громко стуча каблуками по ступеням лестницы, он бросился в спасительное одиночество кабинета.
"В конце концов, через несколько минут придет Арчин, и мы будем говорить о Ллэнро. "Что-то не так с его любимой пациенткой!" Если бы этот толстый ирландец только знал: Но мне с трудом дается любая работа. Я должен благодарить судьбу, что случайно оказался под ее защитой. Если бы она не учила с такой настойчивостью английский, если бы опустила руки и впала в отчаяние, как бы наверняка сделал в такой ситуации я, со мной было бы кончено. У меня не було бы причин бороться."
С полки, куда часы поставили в первый день, ему приветливо помахала косой зловещая фигура Времени. За то, что эти часы не дали ему утонуть без следа в зыбучем песке проблем, он уже давно испытывал к ним что-то вроде благодарности.
Полированный постамент покрылся тонким слоем пыли; прежде чем сесть за стол он вытер его салфеткой.
Сигареты, естественно, лежали у него в кармане, и, несмотря на то, что ему уже давно хотелось курить, он на всякий случай позволил себе достать их, только захлопнув дверь. В ту же секунду зазвонил телефон.
- Доктор Фидлер? Ой, как хорошо. Не вешайте трубку. Одну минутку: Доктор Элсоп, я нашла доктора Фидлера - он у телефона.
"Он что, решил сегодня не приезжать?"
- Добрый день, молодой коллега! Послушайте, я уже закончил ланч и хочу приехать раньше, чем мы договорились, - фактически, я выезжаю из Бликхема прямо сейчас и буду у вас через двадцать минут. И раз уж у меня появилось свободное время, я просто обязан взглянуть на Арчин. Я ведь не видел ее: должно быть недели три, верно?
Пол почувствовал, будто сердце наливается свинцом.
- Вы, кажется, говорили, что встречаетесь с ней каждое утро в начале работы, верно? Не присылайте за ней, пока я не приеду, хорошо? Я хочу сначала сказать вам пару слов.
Пол молчал.
- Алло? Вы где?
- Да-да, простите.
- Хорошо: До встречи.
Щелк.
Не меньше минуты после того, как Элсоп отключился, Пол сидел, окаменев и зажав в руке трубку.
"Будь он проклят! Что за манера совать нос в мои дела? Я же показал ему все бумаги. Не верит, что я добился успеха? Проверяет?"
Пепел слетел с сигареты, как только он пошевелил пальцами. Он сильно дунул, но пепел только разлетелся тонким слоем по бумагам и столу. На сегодня это было уже слишком.
"Он придет, начнет распрашивать Арчин, и она расскажет: Я еще не все знаю о Ллэнро. Я не вынесу, если это сейчас сломается. С другой стороны, я:"
И вдруг сумятица в мыслях успокоилась. Рука снова потянулась к телефону.
- Сестра? Кто это? Ох, Сестра Кирк! Не будете ли вы так любезны прислать Арчин ко мне прямо сейчас?.. Да, простите, я понимаю, что еще время ланча, но нет необходимости ее провожать - я уверен, что она сама найдет дорогу.
Ожидая, он докурил сигарету и достал новую. Очень скоро послышался мягкий стук в дверь. Он пригласил ее, усадил в кресло лицом к себе, ввел в транс - сейчас, после почти ежедневного повторения на эту процедуру уходило не больше десятка слов, - и обратился к ней в полной уверенности, что делает это в интересах пациента.
- Арчин, доктор Элсоп хочет приехать и поговорить с тобой. Ты помнишь доктора Элсопа?
- Да.
- Арчин, как ты думаешь, что случится, если ты расскажешь ему о Ллэнро? Он тебе поверит?
Молчание; потом отрицательное движение головой.
- А если он не поверит тебе, что он подумает?
Она пожала плечами.
- Что я сумасшедшая, - с нажимом проговорила она.
- Боюсь, что так. - Пол решительно подался вперед. - Слушай меня очень внимательно. Если в этой комнате находится кто-нибудь, кроме меня, ты забываешь о Ллэнро. Если кто-нибудь, кроме меня, спрашивает тебя, ты ни слова не говоришь о Ллэнро. Ты не отвечаешь на вопросы, откуда ты пришла, и как здесь оказалась.
Через несколько минут я разбужу тебя, ты выйдешь из комнаты и будешь сидеть на подоконнике до тех пор, пока я не позову тебя обратно. Когда ты войдешь, я снова введу тебя в транс, но ты не будешь говорить о Ллэнро, если в комнате посторонние!
Элсоп появился в кабинете с мрачным видом. Захлопывая дверь, он сказал:
- Что Арчин делает одна на лестнице? Я же просил не посылать за ней, пока мы не поговорим.