Выбрать главу

Субба Роу Т

Философия Бхагавад-Гиты

Т. Субба Роу

ФИЛОСОФИЯ БХАГАВАД-ГИТЫ

Четыре лекции, прочитанные на XI ежегодном съезде Теософического Общества в Адьяре 27, 28, 29 и 30 декабря 1886 года.

ВВЕДЕНИЕ

При изучении Бхагавад-гиты не следует рассматривать её изолированно от остальной части Махабхараты, как это делается сейчас. Она была вставлена Вьясой в надлежащее место с особой ссылкой на некоторые эпизоды этой книги. Сначала следует осознать истинное положение Арджуны и Кришны с целью оценить учение последнего. Среди прочих имён, которыми называется Арджуна, одно ? очень странное; он назван в разное время десятью или одиннацатью именами, большинство из которых объяснено им самим в Виратапарве. Одно имя исключено из списка, а именно Нара. Это слово значит просто "человек". Но почему конкретный человек должен называться так, будто это имя собственное ? это с первого взгляда кажется странным. Тем не менее именно здесь лежит ключ, позволяющий нам понять не только положение Бхагавад-гиты в тексте и её связь с Арджуной и Кришной, но и весь поток, текущий через всю Махабхарату и заключающий в себе истинные взгляды Вьясы на происхождение, испытание и судьбу человека. Вьяса смотрел на Арджуну как на человека, или скорее как на истинную монаду в человеке; и на Кришну как на логоса, или дух, приходящий спасти человека. Некоторым кажется странным, что это высоко философское учение было вставлено в месте, с виду крайне неподходящем для этого. Сообщается, что эта беседа между Кришной и Арджуной имела место прямо перед началом битвы. Но когда вы оцените Махабхарату, то увидите, что это наиболее подходящее место для Бхагавад-гиты.

Исторически эта великая битва была борьбой между двумя семьями. Философски ? это великая битва, в которой человеческий дух должен сражаться против низших страстей в физическом теле. Многие из наших читателей возможно слышали о так называемом "обитателе порога", столь живо описанном в романе Литтона "Занони". Согласно описанию этого автора, этот обитатель порога представляется чем-то вроде элементала или другого монстра таинственного вида, появляющимся перед неофитом сразу же, как он соберётся войти в таинственную страну, и пытающегося поколебать его решение угрозами неизвестных опасностей, если он ещё не в полной мере подготовлен.

В действительности такого монстра нет. Это описание следует принять в фигуральном смысле. Но тем не менее, на пороге есть обитатель, чьё влияние на ментальном плане куда более мучительно, чем может быть любой физический ужас. Истинный обитатель порога образуется из отчаяния и падения духом неофита, который призывается к тому, чтобы оставить свои старые пристрастия к родственникам, родителям и детям, также как и стремления к предметам мирского честолюбия, которые возможно были его спутниками на протяжении многих воплощений. Будучи призван порвать с этими вещами, неофит чувствует нечто вроде пустоты, прежде чем осознает свои высшие возможности. Когда он оставит все эти ассоциации, сама его жизнь покажется исчезнувшей в разреженном воздухе. Ему кажется, что он потерял всю надежду, и ему больше не для чего жить и работать. Он не видит никаких признаков своего будущего прогресса. Всё перед ним представляется темнотой; и на душу опускается нечто вроде давления, под которым она начинает поникать, и в большинстве случаев он начинает откатываться назад и прекращает дальнейший прогресс. Но в случае человека, борющегося по-настоящему, он будет бороться против этого отчаяния и сможет продолжать движение по Пути. Я могу тут сослаться на несколько высказываний из автобиографии Милла. Конечно же, автор ничего не знал об оккультизме, но в его умственной жизни была стадия, по всей видимости приближающаяся к точке пути, близко напоминающей то, что я описываю. Милл был великим аналитическим философом. Он провёл исчерпывающий анализ всех умственных процессов ? ума, эмоций и воли.

"Теперь я увидел, или подумал, что увидел то, что ранее всегда принимал с неверием ? а именно, что привычка к анализу имеет тенденцию ослаблять чувства, и действительно, это должно быть так, когда никакой другой умственной привычки не культивируется... Таким образом, ни эгоистичные, ни бескорыстные удовольствия уже не были удовольствиями для меня".

В конце концов он пришёл к тому, чтобы разобрать человека в ничто. Тут над ним возобладала меланхолия, в которой было нечто ужасное. В этом состоянии ума он оставался многие годы, пока не прочитал экземпляр поэм Уордстворта, полных симпатии к объектам природы и человеческой жизни. "Из них, ? говорит он, ? я, кажется, узнал, что может быть неиссякаемым источником счастья после избавления от всех б'ольших зол жизни." Это в весьма слабой степени показывает, что должен переживать чела, когда он решит отвергнуть все старые связи и призывается жить для яркого будущего на высшем плане. Эта переходная стадия более или менее и была положением Арджуны перед рассматриваемым разговором. Перед вступлением в войну на уничтожение против врагов, руководимых некоторыми из наиболее близко связанных с ним, он непритворно сжимался от мысли об убийстве родственников и друзей. Каждый же из нас призван убить свои страсти и желания не потому, что все они обязательно являются злом сами по себе, но потому что их влияние должно быть уничтожено, прежде чем мы сможем утвердить себя на высших планах. Это положение Арджуны имело целью проиллюстрировать типичное состояние челы, который призван встретиться лицом к лицу с обитателем порога. Как гуру философским учением подготовляет своего челу к испытаниям посвящения, так и Кришна инструктирует Арджуну.

На Бхагавад-гиту можно смотреть, как на беседу, которую гуру адресует челе, полностью определившемуся в решении порвать со всеми мирскими стремлениями и желаниями, но всё ещё чувствущего некотору подавленность, вызванную кажущейся пустотой своего существования. Книга содержит восемнадцать глав, тесно связанных между собой. Каждая глава описывает конкретную фазу или аспект человеческой жизни. Изучающий должен держать это в уме, читая книгу, и попытаться выяснить соответствия. Он найдёт то, что покажется ненужными повторениями. В методе, применённом Вьясой, они были необходимы ? его намерением было представить природу различными путями, как видимую с точек зрения различных философских школ, процветавших в Индии.

Теми, кто не оценил преимуществ оккультного обучения, в отношении морального учения Бхагавад-гиты часто утверждается, что если все последуют этим курсом, мир придёт к застою; и потому это учение может быть полезно лишь немногим, но не обычным людям. Это не так. Конечно, это правда, что большинство людей не находятся в таком положении, в котором они могли бы бросить свои обязанности граждан и членов семей. Но Кришна отчётливо заявляет, что эти обязанности, если они и несовместимы с аскетической жизнью в лесу, конечно же могут быть совмещены с той разновидностью умственной отстранённости, которая проявляется в создании эффектов на высших планах гораздо мощнее, чем любое физическое отделение от мира ? хотя аскетическое тело может находиться в джунглях, его мысли могут быть в мире. Кришна потому и учит, что истинная важность заключается не в физическом, а в умственном уединении. Каждый человек, имеющий обязанности, которые надлежит выполнять, должен посвящать свой ум им. Но, говорит учитель, одно дело ? совершить действие во имя долга, и совсем другое ? совершить то же самое из склонности, интереса или желания. Некоторые настаивают на необходимости затворничества и аскетизма. Величайшее возражение, выдвигаемое против индуизма и буддизма, заключается в том, что рекомендуя такой стиль жизни изучающим оккультизм, они склоняют считать жизни людей, вовлечённых в обычные занятия, никчёмными. Однако это возражение основывается на недоразумении, поскольку эти религии учат, что важно не само действие, а умственное отношение к нему его исполнителя. Вот моральное учение, которое проходит через всю Бхагавад-гиту. Читатель должен внимательно заметить различные аргументы, при помощи которых Кришна обосновывает своё утверждение. Он обнаружит доклад о происхождении и судьбе человеческой монады и о способе, которым она достигает спасения через помощь и просвещение, получаемые от своего логоса. Некоторые приняли убеждение Арджуны Кришной служить ему одному как поддержку доктрины о личном боге. Но это ошибочное заключение, поскольку, говоря о себе как о Парабрахмане, Кришна является и логосом. Он описывает себя как Атму, но без сомнения един с Парабрахманом, поскольку между Атмой и Парабрахманом нет сущностной разницы. Конечно, логос может говорить о себе как о Парабрахмане, поскольку все сыны божии, включая Христа, говорили о своём единстве с Отцом. Его высказывание о том, что он существует во всяком существе в Космосе, точно выражает свойство Парабрахмана. Но логос, будучи проявлением Парабрахмана, может использовать эти слова и принимать эти атрибуты. Таким образом Кришна лишь призывает Арджуну служить своему собственному высшему духу, лишь через который можно надеяться достичь спасения. Кришна учит Арджуну тому, чему логос в ходе посвящения учит человеческую монаду, указывая, что лишь через него достигается освобождение. Это не включает идеи о боге, имеющем свойства личности.