Читать онлайн "Коронация 1930 года" автора Во Ивлин - RuLit - Страница 1

 
...
 
     


1 2 3 4 5 6 « »

Выбрать главу
Загрузка...

Во Ивлин

Коронация 1930 года

Ивлин Во

Коронация 1930 года

Они все еще танцевали, когда перед самым рассветом 19 октября 1930 года "Azay le Rideau" вошла в джибутийскую гавань. Оркестр - несчастный, пропотевший насквозь в плотных смокингах из альпаки квартет - уже давно упаковал инструменты и отбыл в свою затерянную где-то на задах корабля душную каюту. Юнга-аннамец драил палубу и распихивал по шпигатам намокшие груды серпантина. Два или три стюарда снимали развешанные по всему судну флаги и гирлянды разноцветных лампочек. Осталась одна пара: девушка-полукровка, второй класс до Маврикия, и офицер из французского Иностранного легиона. Их ноги вяло двигались по мокрым доскам в такт портативному граммофону; время от времени они останавливались и отлеплялись друг от друга, чтобы покрутить ручку и перевернуть все ту же, единственную пластинку. {...}

Помимо обычных пассажиров, нас, плывущих до Джибути, чтобы отправиться оттуда на коронацию императора Абиссинии, было на борту человек двадцать. При том что шесть недель тому назад даже имя рас Тафари {Рас Тафари Маконнен, сын раса Маконнена, одного из виднейших полководцев императора Менелика II, участника победоносной итало-абиссинской войны 1895-1896 годов; начиная с 1910-х годов становится одной из виднейших политических фигур в стране. После свержения с престола в 1916 году внука Менелика II императора Лидж Ясу становится регентом и соправителем при императрице Заудиту. Сторонник европейски ориентированных реформ (в том числе отмены института рабства), лидер партии так называемых младоэфиопов. В сентябре 1928 года получает титул негуса, приобретая тем самым высший возможный в стране после императора административно-военный статус. После смерти императрицы Заудиту провозглашен императором под именем Хайле Селассие I. Впоследствии стал культовой фигурой в целом ряде расово ориентированных течений, вплоть до самоназвания одного из них - раста, растафари. (Здесь и далее - прим. перев.).} мне вообще почти ничего не говорило. Я гостил в Ирландии, в одном особняке, где китайщина и викторианская псевдоготика все никак не могли решить, которая из них окончательно присвоит георгианский остов дома. В библиотеке, над раскрытым атласом, мы обсуждали виды на поездку - я собирался в Китай и в Японию. Речь зашла о путешествиях вообще и о путешествиях в Абиссинию в частности. Среди гостей оказался человек, который только что приехал в отпуск из Каира; он более или менее разбирался в абиссинской политике и знал о предстоящей коронации. За дальнейшей информацией пришлось обратиться к не вполне надежным источникам; мы узнали, что абиссинская церковь канонизировала Понтия Пилата, а свежеиспеченным епископам при посвящении в сан там принято плевать на голову; что истинного наследника престола держат в горах закованным в кандалы из чистого золота; что люди там живы сырым мясом и медом; мы разыскали королевскую фамилию в "Готском альманахе" и проследили родословное древо вплоть до Соломона и царицы Савской; мы обнаружили исторический очерк, который открывался следующей фразой: "Первые достоверные сведения из эфиопской истории относятся ко времени, когда, сразу же после Потопа, царский трон занял Куш"; допотопная энциклопедия сообщила нам, что "формально абиссинцы являются христианами, однако, несмотря на это, их моральный уровень прискорбно низок, полигамия и пьянство распространены даже среди высших классов и в монастырях". Час от часу эта удивительная страна нравилась мне все больше. Две недели спустя я вернулся в Лондон и заказал билеты до Джибути. Пятью днями позже, уже в Марселе, я ступил на борт "Azay le Rideau", а еще через десять дней, стоя на палубе, в пижаме, наблюдал поверх голов танцующей под изнемогший граммофон пары, как над низкой береговой линией Французского Сомали разгорается заря.

Спать все равно не было никакой возможности, поскольку под утро обслуживающий персонал египетской делегации принялся составлять хозяйский багаж как раз напротив двери в мою каюту. Один обитый жестью сундук следовал за другим в сопровождении по-воински зычных команд дежурного сержанта и не менее внятного по-штатски разгильдяйского нытья его подопечных. Представить, что пять человек могут иметь такое количество одежды, было крайне сложно. За жестяными сундуками последовали огромные клети с подарком императору от короля Египта. Эти последние прибыли на борт в Порт-Саиде в сопровождении вооруженной охраны и находились с тех пор под неусыпной, а отчасти даже и демонстративной охраной; их содержимое сделалось среди пассажиров предметом самых смелых догадок, и фантазии наши поднимались порой до высот откровенно библейских - ладан, сардоникс, кораллы, порфир. В действительности же, как выяснилось некоторое время спустя, внутри был не лишенный изящества, но вполне обычный спальный гарнитур.

На борту находились еще три официальные делегации, из Франции, Голландии и Польши; четвертая, японская, поджидала нас в Джибути. {...}

На первый взгляд, в этом внезапном нашествии на Абиссинию посланцев цивилизованного мира было нечто поразительное, и мне кажется, сами абиссинцы были удивлены не меньше остальных. После того как весной 1930 года внезапно скончалась императрица Заудиту - сразу вслед за поражением мужа, раса Гугзы {Рас - высший княжеский титул в Эфиопии. Рас Гугза Уолле был одним из лидеров так называемых староэфиопов, противников проводимой расом Тафари политики реформ, находивших поддержку в окружении императрицы Заудиту. Заудиту доводилась дочерью Менелику II, символизировавшему национальное единство, мошь и победу над европейскими (итальянскими) колонизаторами, и как таковая была весьма популярна в народе. В начале 1930 года рас Гугза поднимает восстание против режима раса Тафари, которое вскоре закончилось для него поражением и смертью. Во намекает на то, что скоропостижная смерть императрицы Заудиту, состоявшей некоторое время в браке с расом Гугзой, вряд ли была случайностью.}, - рас Тафари известил Великие Державы о своих намерениях в ближайшее, насколько позволят приличия, время принять титул императора Эфиопии и приложил к сему заявлению в адрес тех немногих стран, которые поддерживали с его двором дипломатические отношения, приглашение на церемонию. Несколько лет тому назад он возложил на себя корону негуса; по такому случаю прокатились к нему на пару дней с визитами его ближайшие соседи, с прочими же состоялся сдержанный обмен любезностями - по телеграфу. Императорская коронация предполагала нечто более масштабное, однако реакция Великих Держав превзошла все возможные ожидания, разом польстив эфиопам и приведя их в замешательство. Две страны прислали членов царствующих фамилий; Соединенные Штаты Америки прислали некоего джентльмена, эксперта в торговле электроприборами; прибыли также, во всем разнообразии мундиров и чинов, губернаторы Британского Сомали, Судана, Эритреи, наместник Адена, маршал Франции, адмирал, три авиатора и военно-морской оркестр. Немалые суммы были выделены из бюджетов на приобретение соответствующих случаю подарков; немцы привезли фотографию генерала фон Гинденбурга с автографом и восемьсот бутылок рейнского; греки - модерновую бронзовую статуэтку; итальянцы самолет; британцы - пару элегантных жезлов с дарственной надписью, выполненной по-амхарски и даже почти без ошибок.

     

 

2011 - 2018