Выбрать главу

Виктор Голявкин

Мой добрый папа

Моему отцу посвящается

СОДЕРЖАНИЕ

1. Я не хочу обедать

2. Соседи

3. На балконе

4. Мой папа идёт дирижировать

5. Папа там, а мы здесь

6. Воскресенье

7. Мой папа пишет музыку

8. Олимпиада Васильевна и дядя Гоша

9. Старик Ливерпуль и папа

11. На даче

12. Мой папа и Алёша

13. Очень маленькая глава

16. До свидания, папа!

18. Я вижу папу

19. Обратно домой

21. Про отцов и про нас

22. Двойка

23. Два письма

24. До свидания, дядя Али

25. На крыше

26. Бетховен! Бах! Моцарт!

27. Олимпиада Васильевна и мама

28. Я встречаю дядю Гошу

29. Карнавал

31. Последняя глава

1. Я не хочу обедать

Я никогда не хочу обедать. Мне так хорошо во дворе играть! Я всю жизнь бы во дворе играл. И никогда не обедал бы. Я совсем не люблю борщ с капустой. И вообще я суп не люблю. И кашу я не люблю. И котлеты тоже не очень люблю. Я люблю абрикосы. Вы ели абрикосы? Я так люблю абрикосы! Но вот мама зовёт меня есть борщ, мне приходится всё бросать: недостроенный дом из песка и Раиса, Расима, Рамиса, Рафиса - моих друзей, братьев Измайловых. Мой брат Боба любит борщ. Он смеётся, когда ест борщ, а я морщусь. Он вообще всегда смеётся и тычет себе ложкой в нос вместо рта, потому что ему три года. Нет, борщ всё-таки я могу съесть. И котлеты я тоже съедаю. Виноград-то я ем с удовольствием! Тогда и сажают меня за рояль. Пожалуй, я съел бы ещё раз борщ. Только бы не играть на рояле.

- Ах, Клементи, Клементи, - говорит мама. - Счастье играть Клементи!

- Клементи, Клементи! - говорит папа. - Прекрасная сонатина Клементи! Я в детстве играл сонатину Клементи.

Папа мой - музыкант. Он даже сам сочиняет музыку. Зато раньше он был военный. Он был командиром конников. Он скакал на коне совсем рядом с Чапаевым. Он носил папаху со звездой. Я видел папину шашку. Она здесь, у нас в сундуке. Эта шашка такая огромная! И такая тяжёлая! Её даже трудно в руках держать, не то что махать во все стороны. Эх, был бы папа военный! Весь в ремнях. Кобура на боку. На другом боку шашка. Звезда на фуражке. Папа ездил бы на коне. А я шёл бы с ним рядом. Все мне бы завидовали! Вон, смотрите, какой Петин папа.

Но папа любит Клементи.

А я не люблю. Я люблю строить дом из песка и друзей люблю, четырёх братьев: Расима, Рафиса, Раиса, Рамиса. Что мне Клементи!

Я играю. И спрашиваю:

- Не хватит?

- Играй ещё, - говорит мама.

- Играй, играй, - говорит папа.

Я играю, а брат сидит на полу и смеётся. В руках у него заводная машина. Он оторвал от машины колёса. И катает их по полу. И это ему очень нравится. Никто ему не мешает. Не заставляет играть на рояле. И потому ему очень весело. Плачет он очень редко. Когда у него что-нибудь отнимают. Или когда его стригут. Он совершенно не любит стричься. От так и ходил бы всю жизнь лохматый. На это он не обращает внимания. В общем, ему хорошо, а мне плохо.

Папа с мамой слушают, как я играю. Брат катает по полу колёсики. За окном кричат четыре брата. Они кричат разными голосами. Я вижу в окно: они машут руками. Они зовут меня. Им одним скучно.

- Ну, всё, - говорю я, - всё сыграл.

- Ещё разик, - просит папа.

- Больше не буду, - говорю я.

- Ну пожалуйста, - говорит мама.

- Не буду, - говорю я, - не буду!

- Ты смотри мне! - говорит папа.

Я пробую встать. Убираю ноты.

- Я сотру тебя в порошок! - кричит папа.

- Не надо так, - говорит мама.

Папа волнуется:

- Я учился… я играл в день по пять-шесть часов, сразу после Гражданской войны. Я трудился! А он?.. Я его в порошок сотру!

Но я-то знал! Он меня не сотрёт в порошок. Он так всегда говорит, когда злится. Он даже маме так говорит. Как может он нас в порошок стереть? Тем более что он наш папа.

- Не буду играть, - говорю я, - и всё!

- Посмотрим, - говорит папа.

- Пожалуйста, - говорю я.

- Посмотрим, - говорит папа.

В третий раз я играю Клементи.

Наконец-то меня отпускают! Моя брат Боба идёт за мной. Он растерял все колёсики. И ему теперь скучно.

На дворе меня ждут четыре брата. Они машут руками, кричат. Мой дом из песка разрушен. Весь труд мой пропал даром. И всё из-за борща и Клементи! Дом разрушил Рафис - младший брат. Он плачет - братья его побили. Нечего делать! И я говорю: