Выбрать главу

Серебряный век. Лирика

© Новгородова М. И., 2015

© Пастернак Б. Л., наследники, 2015

© Городецкий С. М., наследники, 2015

© Составление, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2015

Владимир Соловьев (1853–1900)

«Природа с красоты своей…»

Природа с красоты своей Покрова снять не позволяет, И ты машинами не вынудишь у ней, Чего твой дух не угадает.
1872

«В сне земном мы тени, тени…»

В сне земном мы тени, тени… Жизнь – игра теней, Ряд далеких отражений Вечно светлых дней.
Но сливаются уж тени, Прежние черты Прежних ярких сновидений Не узнаешь ты.
Серый сумрак предрассветный Землю всю одел: Сердцем вещим уж приветный Трепет овладел. Голос вещий не обманет. Верь, проходит тень, – Не скорби же: скоро встанет Новый вечный день.
9 июня 1875

«Земля – владычица! К тебе чело склонил я…»

Земля – владычица! К тебе чело склонил я, И сквозь покров благоуханный твой Родного сердца пламень ощутил я, Услышал трепет жизни мировой. В полуденных лучах такою негой жгучей Сходила благодать сияющих небес, И блеску тихому несли привет певучий И вольная река, и многошумный лес. И в явном таинстве вновь вижу сочетанье Земной души со светом неземным, И от огня любви житейское страданье Уносится, как мимолетный дым.
Пустынька. Май 1886

«Потому ль, что сердцу надо…»

Потому ль, что сердцу надо Жить одним, одно любя, Потому ль, что нет отрады Не отдавшему себя;
Оттого ли, что судьбою Наши сблизились пути И с тобой, тобой одною, Мог я счастие найти, –
Оттого ли, потому ли, – Но в тебе, в тебе одной Безвозвратно потонули Сердце, жизнь и разум мой.
Между 9 и 15 июня 1892

«Вся в лазури сегодня явилась…»

Вся в лазури сегодня явилась Предо мною царица моя, – Сердце сладким восторгом забилось, И в лучах восходящего дня Тихим светом душа засветилась, А вдали, догорая, дымилось Злое пламя земного огня.
1875

«Три дня тебя не видел, ангел милый…»

Три дня тебя не видел, ангел милый, – Три вечности томленья впереди! Вселенная мне кажется могилой, И гаснет жизнь в измученной груди.
А я, безумец, пел, что горе пережито, Что поздняя любовь несет одни цветы… Поникло разом все в душе моей убитой, И крылья вырваны у радужной мечты.
О милая! Все гордое сознанье, Все гордые слова твой друг отдать готов За мимолетный миг хоть одного свиданья, За звук один возлюбленных шагов.
31 января 1892

«День прошел с суетой беспощадною…»

День прошел с суетой беспощадною. Вкруг меня благодатная тишь, А в душе ты одна, ненаглядная, Ты одна нераздельно паришь.
Все порывы и чувства мятежные, Злую жизнь, что кипела в крови, Поглотило стремленье безбрежное Роковой беззаветной любви.
Днем луна, словно облако бледное, Чуть мелькнет белизною своей, А в ночи – перед ней, всепобедною, Гаснут искры небесных огней.
1892

Иннокентий Анненский (1856–1909)

Среди миров

Среди миров, в мерцании светил Одной Звезды я повторяю имя… Не потому, чтоб я Ее любил, А потому, что я томлюсь с другими.
И если мне сомненье тяжело, Я у Нее одной молю ответа, Не потому, что от Нее светло, А потому, то с Ней не надо света.
1901

Я люблю

Я люблю замирание эхо После бешеной тройки в лесу, За сверканьем задорного смеха Я истомы люблю полосу.
Зимним утром люблю надо мною Я лиловый разлив полутьмы, И, где солнце горело весною, Только розовый отблеск зимы.
Я люблю на бледнеющей шири В переливах растаявший цвет… Я люблю все, чему в этом мире Ни созвучья, ни отзвука нет.

Бабочка газа

Скажите, что сталось со мной? Что сердце так жарко забилось? Какое безумье волной Сквозь камень привычки пробилось? В нем сила иль мука моя, В волненьи не чувствую сразу: С мерцающих строк бытия Ловлю я забытую фразу… Фонарь свой не водит ли тать По скопищу литер унылых? Мне фразы нельзя не читать, Но к ней я вернуться не в силах… Не вспыхнуть ей было невмочь, Но мрак она только тревожит: Так бабочка газа всю ночь Дрожит, а сорваться не может…

«Когда б не смерть, а забытье…»

Когда б не смерть, а забытье, Чтоб ни движения, ни звука… Ведь если вслушаться в нее, Вся жизнь моя – не жизнь, а мука.
Иль я не с вами таю, дни? Не вяну с листьями на кленах? Иль не мои умрут огни В слезах кристаллов растопленных?
Иль я не весь в безлюдье скал И черном нищенстве березы? Не весь в том белом пухе розы, Что холод утра оковал?