Особую роль во второй части играет Санчо, образ которого начинает конкурировать по значимости с образом его господина. В основе развития сюжета второй части лежит выдумка Санчо, который, успешно освоив стиль мышления своего хозяина, внушил ему, что крестьянка на ослице, встреченная ими на дороге, и есть Дульсинея, превращенная в уродливую поселянку злыми волшебниками.
В ряду ключевых эпизодов второй части (встреча Дон Кихота со странствующими актерами, с рыцарем Зеленого Плаща, спуск Дон Кихота в пещеру, кукольное представление в балаганчике Маэсе Педро, полет Дон Кихота и Санчо на Клавиленьо и др.) особое место занимает рассказ о правлении Санчо на Острове Баратария. В нем Санчо демонстрирует всю глубину своей «дурацкой мудрости», контрастно дополняющей «мудрое безумие» Дон Кихота. В финале второй части, в момент смерти Дон Кихота-Алонсо Кихано, образ Санчо приобретает особую символическую значимость: он воплощает бессмертие народа, его неумирающее телесное целое и становится, по словам М. де Унамуно, духовным наследником своего господина, живым носителем донкихотовского отношения к миру.
Сервантес изобразил драматичность человеческого существования в мире, утратившем патриархальную цельность и гармонию. Реальность в «Дон Кихоте» впервые оказывается раздробленной во множестве индивидуальных точек зрения, в игре «мнений» и «суждений», что открывает простор для самых разных трактовок романа.
Вторая часть «Дон Кихота» была написана, по-видимому, в 1613 году и появилась в продаже в ноябре 1615 года (впервые обе части «Дон Кихота» увидели свет под одной обложкой в 1637-м). Появлению второй части романа предшествовал подложный второй том «Дон Кихота» некоего Алонсо Фернандеса Авельянеды, вышедший в свет летом или осенью 1614 года.
Кем был автор этой фальшивки, скрывший себя под псевдонимом, до сих пор, несмотря на ряд высказанных более или менее веских гипотез {34}, остается до конца невыясненным. Сервантес узнал о появлении подложного «Дон Кихота», когда заканчивал вторую часть романа. Вероятно, что слух о скором выходе в свет продолжения романа распространился в литературных кругах вскоре после того, как Сервантес приступил к написанию второй части.
Возможно также, что Сервантес знакомил со второй частью своих собратьев по перу, и потому подложный «Дон Кихот» Авельянеды на год опередил вторую часть романа. Книге предшествовало предисловие, написанное в оскорбительном для Сервантеса тоне, полное язвительных намеков и прямой издевки над писателем.
До сих пор остается невыясненным, знал или не знал Сервантес подлинное имя автора фальшивки (принято считать, что не знал, хотя это маловероятно). В лже-«Дон Кихоте» содержится ряд эпизодов, сюжетно совпадающих с эпизодами из второй части романа, и спор о приоритете Сервантеса или анонима не может быть разрешен окончательно. Скорее всего, писатель специально включил во вторую часть «Дон Кихота» переработанные эпизоды из сочинения Авельянеды, чтобы еще раз продемонстрировать свое умение превращать в произведения искусства малозначительные в художественном отношении тексты (точно так же он поступил с рыцарскими романами).
Фальшивый «Дон Кихот» был встречен Сервантесом с большим и вполне законным раздражением и, несомненно, ускорил его смерть. И все же писатель ограничился лишь гневной отповедью по адресу своего врага. Впрочем, лже-«Дон Кихот», несмотря на свою бесспорную литературность и бойкость написавшего его пера, особенного успеха не имел и прошел, в общем, незамеченным.
Несмотря на ту громкую известность, которую принес писателю «Дон Кихот», материальное положение его семьи не улучшилось. Мало что изменилось и в отношении к нему официальной Испании и ее литературных кругов: для них он по-прежнему был человеком малоприемлемым. Но, не улучшив положения Сервантеса, огромный успех романа побудил писателя продолжать работу над прозой, непревзойденным мастером которой он был.
1605–1610 годы стали временем усиленной работы Сервантеса над произведениями, вышедшими позднее, – новеллами, комедиями, интермедиями и второй частью его романа. Эти годы были омрачены кончиной сестер писателя, перед смертью постригшихся в монахини, и вторым браком его дочери Исавели де Сааведра, в результате которого материальное положение писателя ухудшилось, поскольку жених потребовал гарантировать приданое. Примеру сестер Сервантеса последовала и его жена, также принявшая постриг. Да и сам писатель в 1609 году вступил в состав Братства рабов святейшего причастия, членами которого были не только высокопоставленные особы, но и ряд крупных испанских писателей (в том числе Лопе де Вега и Кеведо). Позднее, в 1613 году, Сервантес стал терциарием (членом полумонашеского религиозного Братства мирян) Францисканского ордена и накануне смерти принял «полное посвящение».
34
Профессора Вальядолидского университета Хавьер Бласко и Анастасио Рохо полагают, что автором фальшивого «Дон Кихота» был образованный доминиканский монах Бальтасар Наваррете, исповедник короля Филиппа IV и горячий поклонник драматурга и поэта Лопе де Вега, заклятого врага и соперника Сервантеса. Существует также версия, что автором фальшивого «Дон Кихота» был некий солдат Херонимо де Пасамонте из Арагона, сослуживец Сервантеса во время битвы при Лепанто, которого писатель высмеял в первом томе романа. Однако эксперты считают, что Пасамонте не обладал достаточным уровнем образования, чтобы написать роман.