– Фрау Гурфинкель-Сурепка не нравится лешему, – сказал он, потому что так ему было проще.
– Ах, вообще-то она неплохой человек. Просто живёт совсем одна. Мама говорит, что одиноким людям всегда грустно. Может, ей, то есть фрау Гурфинкель-Сурепке, хотелось бы иметь мужа. Или собаку. Ну как бы то ни было, мне пора. Приятного полива!
Оттилия перебежала дорогу и вошла в свой дом, а у дедушки Страхмана всё вертелись в голове её слова: «Чем больше нам кто-то нравится, тем больше мы для него делаем». Наконец-то разгадав их смысл, он оглядел палисадничек фрау Гурфинкель-Сурепки. То, чем она так гордилась, показалось ему уродливым: ни единого сорнячка, даже самого маленького. Всё выверено, как по линеечке. Вместо уютного хаоса – скучнейший порядок.
Дедушка Страхман вспомнил о своём собственном садике… он уже и позабыл где. Так давно это было. Как в тумане, ему представились густые заросли сорной травы. До чего же прекрасно!
И тут его осенило.
Глава 16
Супермаркет – это супер
– «Супермаркет», – вслух прочёл Му, когда вся семья Страхманов стояла перед зданием с плоской крышей.
На Шмыг были круглые тёмные очочки, чтобы люди не пугались, видя дырочки вместо глаз.
– Наша первая встреча с нормальным миром, – благоговейно прошептала Ольга и взволнованно сжала руку Хольгера.
Он почесал шею под воротником. В рубашках ему всегда было так неудобно!
– Ты хорошо выглядишь, дорогой. Почти как настоящий человеческий мужчина!
Хольгер сделал книксен.
– Спасибо, любимая. Ты тоже почти как настоящая человеческая женщина.
Сегодня Ольга надела гладкое белое платье. «Белый цвет всегда к месту», – решила она. Выбрать причёску оказалось труднее. «Птичья клетка», «парусник», «осьминог» – все эти варианты семейство отвергло. «Рождественскую ёлку» и «гнездо» тем более.
Вольфи научилась смеяться, не показывая зубов, чтобы никто не замечал, какие острые у неё клычки, а Му надел просторную шапочку, полностью скрывающую рожки.
Дедушка выглядел почти как обыкновенный старик с длинной белой бородой. Благодаря зелёному пальто, доходившему до пола, люди не видели, что вместо кожи у старика древесная кора, поросшая зеленью. Фрау Кусаку Ольга усыпила при помощи специального напитка, чтобы плотоядное растение не вздумало болтать или, того хуже, не проголодалось.
Швабру посадили на поводок, чтобы все принимали его за настоящую собаку.
– Что это за порода? – спросила какая-то женщина с маленьким ребёнком на руках.
– Это просто шваб… – чуть не ляпнула Шмыг, но женщина, к счастью, её прервала:
– Шваб? Швабская овчарка? Странно, никогда не слышала про такую. Я бы подумала, что это комондор или пули[15]. Господи, да где же у него перёд, а где зад?
В этот момент Швабра поднял лапку возле фонарного столба.
– Теперь понятно! – расхохотались Вольфи, Му и Шмыг.
Женщина тоже усмехнулась.
– В магазин вам с ним нельзя. – Она нагнулась, погладила Швабру по тому месту, где, вероятно, находилась голова, и просюсюкала: – Нам придётся остаться здесь, мой хороший!
– Вас тоже не пустят внутрь? – спросил Хольгер с сочувствием.
– Пустят, конечно. Я же не собака! – сдержанно улыбнулась женщина.
– Но вы сказали: «Нам придётся остаться здесь».
– Так написано на табличке, – ответила женщина, указав на дверь, на которой действительно была такая надпись.
Страхманы привязали своего питомца к крючку, прикреплённому чуть ниже.
– Бедный швабра! Остаётся совсем один! – вздохнула Шмыг.
– Он справится. Идёмте. Я уже чувствую себя нормальной-пренормальной! – сказала Вольфи.
– Тогда вперёд. Будем делать нормальные покупки, как самые что ни на есть нормальные покупатели, – откликнулась Ольга.
Трудности начались, как только семейство приблизилось к тележкам.
– Почему они привязаны? – удивился Хольгер, безуспешно попытавшись освободить одну из них.
– Может, чтобы они не убежали? – предположила Шмыг.
– И как же мы сумеем сделать покупки, если тележки пристёгнуты?! – негодующе воскликнула Ольга.
– Леший знает!
Дедушка решительно схватился за одну из цепочек и дёрнул так, что она порвалась.
– Чур, я буду рулить! – воскликнула Шмыг и, толкая тележку перед собой, вошла в магазин.
Му, оглянувшись, увидел, как какая-то покупательница достала из сумочки монетку и сунула её в маленькую прорезь. Цепочка отстегнулась сама собой.
15
Комондор, пули – венгерские породы пастушьих собак. И у тех и у других шерсть напоминает толстые верёвки.