– Простите, госпожа цзеюй, но хозяйке пора принимать лекарство, – объяснила она мне.
Я поняла намек. Низко поклонившись, я сказала:
– Матушка, прости наложницу за беспокойство. Желаю тебе всего наилучшего.
Фэй Дуань чуть заметно улыбнулась и кивнула. Последние силы она потратила на то, чтобы с помощью служанки дойти до паланкина и забраться внутрь. Вскоре у озера остались только я и Цзиньси.
Глава 5
Медовый аромат
Уже через три дня стало известно, кто на самом деле виноват в отравлении принцессы Вэньи. Евнух Тан, отвечающий за приготовление десертов, признался, что по невнимательности перепутал порошок из водяного ореха и маниоковую муку.
Эту новость я услышала, когда мы с Линжун трудились над двусторонней вышивкой на белоснежном шелке, натянутом на каркас из черного дерева. Двусторонняя вышивка – трудоемкое изделие. Вышивальщицы должны не только мастерски управляться с иглой, но и уметь видеть общую картину, складывающуюся из многочисленных стежков, при этом все концы нитей обязательно должны быть спрятаны под рисунком. Любой неаккуратный стежок – косой, кривой или просто лишний – мог изменить рисунок или вовсе его испортить.
Мы вышивали картину под названием «Долгое путешествие по весенним горам». Спустя час работы у меня зарябило в глазах от обилия зеленого на белом и слегка закружилась голова. Я отвела взгляд от вышивки и посмотрела на окно. Сквозь светло-зеленые занавески виднелись темные силуэты. Это Цзиньси вместе с младшими служанками сушила ткани, присланные из Министерства двора. Потревоженные ими бабочки репницы [33] вылетали из своих укрытий в тени и кружили в воздухе, словно провожая своим танцем уходящее лето. Я поднялась и потерла основание шеи, затекшей за время работы. Сделав глоток освежающего напитка из сянжу [34], я спросила у Линжун:
– Что ты об этом думаешь?
Линжун слегка улыбнулась, не отвлекаясь от нитей, которые рассматривала на свет, чтобы подобрать нужный оттенок:
– Как сказала матушка Хуа, это просто случайность.
Я усмехнулась:
– Почему ты не можешь прямо ответить на простой вопрос?
Линжун отложила нитки и посмотрела на меня, недовольно поджав губы:
– Ладно, я отвечу, раз ты приказываешь. Мне кажется, что Сяо [35] Тана подговорили признаться, и сделал это тот, кто не хотел, чтобы император продолжал расследование. – Линжун замолчала и посмотрела на меня с сомнением. – Неужели император и правда приговорит Сяо Тана к избиению палками до смерти?
Я сжала пиалу с напитком обеими руками и задумалась над ответом, наблюдая за суетившимися за окном служанками.
– Да, я уверена, что он его казнит. Если император продолжит расследование, пойдут опасные слухи, о которых обязательно доложат яньгуану [36] и вдовствующей императрице. Слухи могут привести к тому, что чиновники и народ усомнятся в величии императора. Даже мы с тобой поняли, что произошло на самом деле, поэтому у меня нет никаких сомнений, что император знает правду. Просто сейчас он не может наказать ее.
Линжун посмотрела на меня с недоумением. Она не поняла, что я имела в виду. Но как только я указала на окно, выходящее на юго-запад, она тут же кивнула и сказала:
– Император – сын Неба, но даже он не всесилен.
Я пригладила волосы на висках и, смакуя каждое слово, произнесла:
– Когда заяц убит, охотничьего пса варят в котле [37]. Я жду не дождусь того дня, когда семья Мужун станет бесполезной и с ней наконец-то перестанут считаться.
Линжун взяла ароматную виноградинку и положила в рот. Медленно разжевывая ее, она задумчиво смотрела в мою сторону.
– Ты так стараешься, сестрица, – наконец сказала она.
– Как же не стараться, если на кону мое благополучие и любовь?
Моя подруга рассмеялась и захлопала в ладоши.
– Но ведь в последние дни император невероятно добр к тебе! – воскликнула она. – Он очень хорошо к тебе относится.
Мне было приятно это слышать. Я сразу вспомнила о том, что сказал Сюаньлин пару дней назад.
В тот вечер он посадил меня к себе на колени и предложил поесть водяные орехи. Мы сидели, прижавшись друг к другу висками, чистили орехи и болтали о пустяках. Это была настоящая семейная идиллия!
Я прижалась губами к его уху и прошептала:
– Сылан, почему вы поверили, что ваша Хуаньхуань невиновна?
Император сосредоточенно очищал очередной орех, но по остающимся на белой мякоти красным пятнам кожуры было понятно, что он не привык этим заниматься.
36
Яньгуан – советник императора, имеющий право указывать ему на ошибки в управлении или поведении, проверять указы императора и даже возвращать их на пересмотр.