Сэхён перевела взгляд на календарь с эмблемой Сэмаыль Кымго, на страницах которого ярко цвели вишни. Она пролистала его до июля, от которого уже прошла половина. Девушка решила, что пора закупиться едой и напитками в супермаркете. Но сначала нужно включить свет. [4]
18 июля
Мрачная погода не предвещала ничего, кроме дождя на весь день. Было так влажно, что хотелось включить кондиционер, но он не работал уже больше недели. Чжонхён принес из дома вентилятор, благодаря которому они и выживали.
После обнаружения тела появлялось все больше новостных статей, в том числе и с критикой действий некомпетентной, по мнению общественности, полиции Ёнчхона. Выходили десятки статей с настойчивыми призывами быстрее найти подозреваемого, а число комментариев и лайков под ними росло. Многие старожилы были уверены, что интерес утихнет, но случилось наоборот. Почти сразу вышла заметка под заголовком «Портной», в которой давалась вся информация о деле – и о том, что убийца сам совершил вскрытие, а потом зашил тело обычными нитями. Она вызвала новый виток интереса к этой теме. Личные данные журналиста слили в одно из интернет-сообществ, после чего многие начали требовать его увольнения за нарушение этики.
Главной проблемой оставалось полное отсутствие хоть каких-нибудь улик. Полиция никак не могла успокоить общественность, требующую провести брифинг.
Получив заверенный подписью отчет Сэхён, Чжонхён был в шоке – его словно ударили по голове. Не так легко принять, что на настолько изуродованном теле не осталось никаких следов ДНК. Не было информации и о том, применялись ли к жертве наркотические препараты, другие лекарства или яды.
Плюс никаких следов внезапного нападения: даже травм от тупых предметов – ни ушибов, ни гематом. А значит, убийца как-то заманил погибшую и та добровольно пошла за ним. Но как? Чжонхён повторял один и тот же вопрос целый день.
Радовало хотя бы то, что подобная огласка помогла быстрее определить личность убитой. Двадцать шесть лет, студентка факультета государственного управления, в академическом отпуске. В ее вещах нашли сборник заданий – предположительно, она планировала сдавать государственный экзамен, чтобы стать полицейским.
Учеба на этом факультете была не из простых, так что без подготовки было никак. Однако из-за длительного отпуска у жертвы совсем не осталось знакомых в вузе. К счастью, полиции удалось найти студента, который занимался с ней в одной группе, – так они смогли составить ее примерное расписание.
После этого им удалось восстановить залитый дождем телефон и связаться с дядей девушки, чтобы передать ему соболезнования. Однако они не общались, поэтому единственное, что это дало, – возможность точно определить данные убитой.
По слухам, руководство отдела, занимающегося особо тяжкими преступлениями, все еще не могло решить, нужно ли организовывать отдельную группу для расследования. Репутацию можно было получить, только раскрыв нашумевшие преступления, но чаще всего они так и оставались висеть мертвым грузом. Чжонхён все это понимал, но все равно подобный прагматизм его разочаровывал.
Вздохнув, он припарковался возле квартирного комплекса жертвы. Возле входа стояла Сэхён и завязывала шнурки.
– Наконец-то вы тут, – первой поздоровалась она, неловко улыбнувшись. Было видно, что она чувствует себя не в своей тарелке.
– Журналисты были здесь уже несколько раз. Хозяин квартиры жаловался на стресс, который испытывает из-за их внимания. Поэтому пришлось с ним связаться.
Сэхён напряженно кивнула. Ей захотелось осмотреть квартиру жертвы, поэтому она снова вернулась в Ёнчхон. Она попыталась договориться с хозяином сама, но общение не задалось, поэтому пришлось обратиться за помощью Чжонхёну. Обычно судмедэксперты не так часто выезжали на место, тем более при отсутствии улик.
Чжонхён заранее узнал пароль для входа в квартиру у владельца, набрал его и открыл дверь. Девушка убрала волосы в хвост, надела бахилы и перчатки и лишь тогда прошла внутрь. Начинающие специалисты обычно предпочитали искать волосы и отпечатки пальцев жертвы, но Сэхён они не интересовали – она сразу подошла к шкафам и начала их осматривать. В конце концов она нашла, что хотела, – дневник убитой. Она тут же принялась его читать.
Стоявший на одном месте Чжонхён почувствовал себя неловко, поэтому подошел к стеллажу и пролистал несколько тетрадей.
– Если вы скажете, что ищете, я помогу, – предложил он, не сдержав любопытства.
– Мне интересны хронические заболевания жертвы или какие-то особенности организма. Не обращайте на меня внимания, занимайтесь своей работой, – ответила та, выложила все тетради на стол и стала просматривать их в только ей известном порядке.
4
Сэмаыль Кымго – корейская федерация кредитных финансовых кооперативов (входят банк и микрофинансовые организации).