Чони взглянула на небо. На ближайшей ветке дерева она заметила гнездо и двух птичек.
— Повезло вам. У вас хотя бы есть солома, чтобы свить гнездо.
Она опустила голову и расплакалась. Она плакала, потому что грудная клетка больше не чувствовала давления и тяжести, а плечи не ныли. Плакала потому, что ее теплого комочка больше не было рядом.
— Она еще ревет. Разве ты имеешь право на эти слезы? — грубо упрекнула она себя и, поджав губы, проглотила подступивший к горлу комок.
Неожиданно она почувствовала, как открытой между ботинком и джинсами голой полоски кожи коснулось что-то теплое.
— Мяу.
Это была трехцветная кошка с белыми, рыжими и бурыми пятнами на шерсти. Она терлась головой о ногу, выпрашивая еду. Судя по тому, что ее пушистый белый живот сильно провисал, кошка была беременна. Она сверкнула черными глазами и села, выпрямив передние лапки. Чони плакала, а кошка смотрела на нее, не отводя взгляда, будто пыталась утешить.
«Прошла уже неделя с малышкой. Однако ее мама крепкий орешек. Держится. Мне в свое время и дня хватало, чтобы до смерти соскучиться по ребенку. Все-таки молодежь сейчас совсем другая. А ведь то, что ты из поколения эм-зи[40], совсем не значит, что материнская любовь в тебе не проснется. Ведь и так понятно, что ты откуда-то наблюдаешь за нами, умываясь слезами…» — размышляла Кымнам.
Девочка в слинге за спиной у Кымнам уже привыкла к этому положению и теперь удивленно разглядывала свои руки.
— Ох, лапешки у тебя… как маленькие листики папоротника. Все глядишь на них и удивляешься? Интересно, что ты будешь делать этими руками, когда вырастешь? Ой, совсем забыла! Я же вчера получила свежий папоротник.
Кымнам начала готовить еду на вечернюю продажу. Только она полила кунжутным маслом ошпаренные кипятком стебли папоротника, раздался звон ветряного колокольчика, подвешенного к двери.
Дзинь! — и Кымнам выскочила из кухни. Однако в магазине никого не было. Она сделала вид, что возвращается к делам, а сама юркнула за витрину и присела, прячась от чужих глаз.
— Тсс! Если хочешь увидеть маму, сиди тихонько.
Через десять минут у нее онемели ноги. Казалось, еще чуть-чуть — и их сведет судорогой. Кымнам вместе с висящим за спиной ребенком выглянула из-за витрины. Не зашел ли кто в магазин? Все посетители знают, что во время перерыва коробочки с обедами не купить, а значит, это может быть только она! Наверняка долго не решалась войти, ну конечно! Кымнам чувствовала, что в этот раз интуиция ее не подвела.
Но, увы, никто не появился. За исключением ноющей боли в ногах, которая вскоре дала о себе знать. И до самой вечерней продажи в магазин так никто и не заглядывал.
— Она точно была здесь…
Хлопотавшая на кухне Кымнам, едва заслышав колокольчик, стрелой выбежала в зал.
— Пришла!
— Не пришла, а пришел. Я яйца вам привез.
— А, ошибочка…
Ынсок поставил упаковку яиц и, глядя на разочарованное лицо Кымнам, поинтересовался:
— Вы кого-то ждали? Смотрю, сегодня тоже сидите с крохой?
Он посмотрел в черные глаза малышки, и ему показалось, что он уже где-то видел их. Эти глаза почему-то напомнили ему о той встрече.
— Надо же, как похожи… — пробормотал он, принимая стакан сикхе из рук Кымнам.
— Совсем забыла в прошлый раз угостить тебя. Освежись. Но про что ты? Кто на кого похож?
— Спасибо, выпью с удовольствием. Да дело в том, что несколько дней назад я чуть не сбил девушку на соседней улице. А эта малышка мне показалась очень похожей на нее. Но это вряд ли, конечно.
— Да? Опиши ее.
— Красивая, — выпалил Ынсок, словно сообщал само собой разумеющийся факт.
— Красивая?!
Ынсок смущенно улыбнулся, и Кымнам рассмеялась:
— А еще?
— Очень худая. Сразу захотелось ее накормить.
— Что еще помнишь?
— Еще захотелось отвезти ее в больницу. Потому что все лицо покрывали синяки и ссадины.
Вот это да. Вот как разворачиваются события. Кымнам улыбнулась, предвкушая интересный поворот. Она больше не спрашивала, а Ынсок все продолжал описывать девушку:
— На ней была джинсовая рубашка, вся рваная. И еще она расплакалась передо мной. Прямо как ребенок, в голос. Я хотел ее как-то утешить, похлопать по плечу, но не смог прикоснуться к ней. Словно бы не имел права, не разобравшись, лечить ее травму.
40
Поколение MZ — собирательный термин для «поколения M (миллениалов)», родившихся в период с 1980 по 1994 год, и «поколения Z», родившихся в период с 1995 по начало 2000-х годов. По мнению социологов, людей, родившихся в это время, отличает особый индивидуализм и желание жить только для себя.