— Здравствуйте.
— Сегодня суббота, а вы на занятия? Подбросить? Я уже закончил с доставкой.
Всего какие-то пара фраз, но Ынсок произносил их с паузами, словно каждое слово давалось ему с трудом.
— Нет, спасибо, — на удивление резко оборвала его Чони.
— Грузовик не такой неудобный, каким кажется. Садитесь. У меня тут мандаринки есть. — Сущенно улыбаясь, Ынсок продемонстрировал мандарин.
— Мне пешком гораздо удобнее. Езжайте.
— То… тогда! Может, как закончите… закончите занятия… То есть я хотел сказать, у меня тут еще один заказ на ночную доставку. Поэтому я еще вернусь на Хэхвадон. Может, мне вас обратно довезти? Я вас встре… То есть я просто все равно поеду сюда. Ох, что я несу…
Ынсок схватился за голову и нервно почесал ее.
— Все в порядке. Не нужно. Я лучше пройдусь.
— Может, вам стыдно? Если вы стыдитесь моей машины, тогда я возьму дру…
Уже уходящая Чони вдруг резко остановилась и обернулась.
— Если уж кого и стыдиться, так это меня, — словно разозлившись на что-то, прервала его Чони. — Вам-то чего переживать? Вы правда ничего не понимаете? Уезжайте.
От ее уходящей фигуры словно подуло ледяным ветром. Чони удалялась, тяжело дыша, будто боролась с подступившей яростью, а Ынсок продолжал смотреть ей вслед.
— Ох, неужели я и правда полный профан в отношениях?
Чони поднялась по ступенькам станции «Хондэ», вечно заполненной снующими туда-сюда людьми. С трудом она протиснулась наверх и повернула направо от метро. Сегодня она опять увидела ту пожилую пару. Они разбили неподалеку от станции палатку и продавали цветы. Едва Чони заметила маленькие бутоны нежно-розовых кустовых роз, что распустились на тонких веточках, как тут же подумала о Кымнам: «Бабушке бы понравилось…»
Не потратив на себя еще ни воны, Чони не задумываясь открыла кошелек. Стоило ей представить, как она ставит букетик рядом с кассой, а Кымнам целый день с улыбкой любуется им, и руки сами потянулись за деньгами.
Вскоре Чони, держа в руках букет маленьких розочек в прозрачной упаковочной бумаге, поднялась на второй этаж здания, где она училась делать маникюр. Перед началом урока Чони хорошенько размяла запястья и пальцы. Весь день она только и делала, что ухаживала за ребенком да занималась домашними делами, и ее уставшие руки теперь дрожали. Девушка сжала и разжала правую ладонь. Затем капнула на прозрачный искусственный ноготь белый, словно снег, лак и слегка размазала его кисточкой. После того как подобным образом она нанесла белый лак еще несколько раз, Чони открыла баночку лака с блестками. Она капнула немного на серебряную фольгу и обмакнула туда маленький спонж. Затем приложила спонж к искусственной ногтевой пластине, крепко прижала, и на поверхности ногтя появилась снежная равнина, посеребренная инеем, похожим на цветы.
— Получилось. Теперь можно будет сделать и бабуле, — с довольной улыбкой изрекла Чони.
Когда после урока она спускалась по лестнице, в душе шевельнулась слабая надежда, что внизу она наткнется на грузовик Ынсока. Но она прекрасно понимала, что надеяться на что-то в ее обстоятельствах — слишком большая роскошь. Поэтому Чони расправила плечи и в гордом одиночестве зашагала домой.
— Зачем ты будешь снова напрягаться? Ведь только вернулась домой после трудной учебы, — разворчалась Кымнам, однако, несмотря на это, Чони хватило десяти минут, чтобы все-таки усадить ее на диван.
Достаточно было сказать: «Сейчас это в моде!» — и Кымнам послушно соглашалась на эксперименты.
— Да кто будет разглядывать мои ногти на ногах? А впрочем… я же смотрю на них? А значит, все должно быть красиво. Вот гляну на педикюр — и сразу настроение поднимется!
— Вот-вот. Сейчас я насыплю красивого снега вам на ногти. А сверху россыпь серебристых снежинок!
У Чони горели глаза, и Кымнам довольно улыбнулась. А еще решила, что это удобный случай выпытать у девушки сокровенное.
— Только взгляну на цветы, что ты мне подарила, и уже чувствую себя счастливой. Если уж кто-то делает для тебя добро, нужно уметь принимать. Чтобы тот, кто подумал о тебе, не упал духом. Кстати! Говорят, на следующей неделе выпадет первый снег. Что планируешь делать в этот день?[49]
— Выпадет снег? Тогда мне бы хотелось с вами, бабуля, и с нашей Одри приготовить и съесть горячий удон[50].
— А кто сказал, что я этого хочу?! — расстроенно воскликнула Кымнам, которая надеялась услышать новости об Ынсоке.
— Ну чего вы? Давайте сварим удон с кимчхи. С тем, которое в прошлый раз заготовили.
49
Время, когда выпадает первый снег, в Корее считается очень романтичным моментом. Этот день стараются провести с любимым человеком.