Поскольку мы все-таки работали в издательской сфере, я подумала, такое хобби будет подходящим. К тому же три человека передо мной сказали, что любят читать. А я всегда легко поддавалась влиянию сверстников.
— Сейчас я как раз ищу любимого автора, поэтому буду рада вашим рекомендациям.
Вторая ложь. У того, кто любит читать, наверняка должно быть несколько любимых авторов. Очень странно только начинать их поиски. Ну да ладно.
— Это всё. Приятно познакомиться, — подытожила я.
Наконец автобус прибыл в учебный центр. Стажировка началась сразу. Пятьдесят новичков разделили на десять групп и отправили на разные лекции и семинары. Я попала в группу D; из пяти человек в ней, кроме меня, оказалась лишь одна девушка. Она носила звучное имя — Химэно Миёкава[1]. Ее макияж был слишком ярким, а сумка и часы — явно дорогими. На первый взгляд она не подходила для прозаичной офисной работы. Пока я размышляла, Миёкава вдруг задала мне вопрос:
— Омори, почему вы выбрали эту компанию? Хотели устроиться в издательство, но не получилось?
— Ну, я сдавала экзамены только сюда. Тестирование по экономике я провалила, а на остальные экзамены уже не успела.
— А я хочу открыть свое дело. Издательская индустрия, по сути, изжила себя, но появится больше возможностей, если агенты займутся социальными бизнес-проектами, связанными с книготорговлей. Как думаете?
Я не совсем поняла, что она сказала, поэтому просто кивнула и ответила:
— Да, действительно.
Мы были ровесницами, но разговаривать с ней почему-то хотелось очень вежливо.
— А у вас какие планы, Омори?
— У меня нет каких-то особых планов. Просто хочу такую работу, чтобы не приходилось часто встречаться с людьми.
— Хм, ясно.
Миёкава смотрела на меня сверху вниз. В ее взгляде читалось: «Неужели только поэтому ты здесь?»
Потом в разговор вмешался Косака, широкоплечий парень с густыми бровями и горящими глазами.
— А я думаю, строить планы и не нужно. Во-первых, даже если преследуешь определенные цели, все будет зависеть от того, куда тебя распределят.
Вот, значит, как. Нас еще и распределение ждет…
Размышляя над его словами, я заметила, что Миёкава смотрит на Косаку недовольно. Из-за моей меланхоличности они и впоследствии частенько спорили. Теперь мне даже неловко.
Так или иначе, на стажировке я старалась как могла и о распределении почти не задумывалась. К тому же трехдневный вводный курс для новичков оказался самым простым. После него нас отправили на обучение в сортировочный центр и пункт возврата.
Сначала мы поехали в логистический центр в Хатиодзи[2], где собираются партии книг от всевозможных издательств. Мы стояли у верстаков и смотрели на книги, проезжающие мимо на ленте транспортера. Здесь их сортируют и затем рассылают в книжные магазины по всей стране. Хотя основная часть процесса механизирована, на ответственных этапах по-прежнему необходим человеческий труд.
Большую часть времени нужно было просто осматривать книги, однако для этого требовалась постоянная сосредоточенность. Приходилось стоять и неотрывно глядеть на книги. Минута за минутой, час за часом. Ноги все больше наливались тяжестью. Мы не могли остановить транспортер и не знали, когда нас отпустят в туалет.
В перерыве девушки собирались вместе и жаловались друг другу. В основном претензии сводились к тому, что «работа совсем не такая, как я ожидала». Книги, ползущие одна за другой на ленте, кажутся лишь фабричным продуктом, не имеющим никакого отношения к литературе. Тем не менее мы подбадривали друг друга — мол, нужно всего месяц потерпеть. Зато парни, разговаривая с нами, не стеснялись в выражениях.
— Чего ноете? Вас-то все равно в офис работать отправят.
Так и было. По статистике, около половины новых сотрудников-мужчин в «Дайхан» работают в сортировочных центрах, прежде чем получат распределение в главный офис или другие филиалы. Ходили слухи, что новички, умеющие работать руками и спортивные с виду, могут и не попасть в сортировку, а вот хилым этой участи никак не миновать. Впрочем, слухам верить нельзя.
Затем мы отправились на обучение в пункт возврата, который находился в Ируме[3]. Хатиодзи по сравнению с Ирумой показался нам раем. Пусть в сортировочном центре книги не выглядели шедеврами литературы, их ждало светлое будущее в книжных магазинах. А вот пункт возврата в Ируме был для книг последним пристанищем перед утилизацией.
1
В имени и фамилии Химэно Миёкавы есть иероглифы, означающие «принцесса» и «царствование».