Все три мира полыхнули огнём войны, содрогнулись небеса, птица Пэн[45] улетела на запад и больше не возвращалась. Куньлунь наблюдал за сражением со стороны. В его чистом и невинном сердце пробудились негодование и горечь, а вместе с ними – тягостное одиночество.
Словно предчувствуя поражение, Чи Ю явился к подножию горы Куньлунь, но Владыка не желал с ним встречи. Тогда шестирукий наследник Янь-ди решил самовольно взобраться на вершину. Свирепый ветер истрепал его одежду в клочья, кровь из ран смочила промёрзлую землю. Сквозь снег, как символ его упорства, проросли цветы гэсан[46]. Добравшись до запертых врат, Чи Ю опустился на колени и долго молил Владыку взять под защиту чародеев и оборотней, происходивших из этих мест. Сердце Куньлуня оставалось непоколебимым, как сама гора, но его пушистого любимца неудержимо тянуло к прародителю. Он тайком выскользнул наружу и слизнул со лба Чи Ю кровь. Когда Владыка узнал об этом, изменить уже ничего было нельзя. Как и Нюйва в своё время, Дух гор не смог избежать участи, уготованной ему судьбой.
После смерти Чи Ю обратился рощей кроваво-красных клёнов. Хуан-ди, восхищённый доблестью своего противника, нарёк его богом войны, а Владыка Куньлунь принял под своё покровительство чародеев и оборотней и больше не покидал гору. С тех пор как пал Фуси, Нюйва укрылась от мира, а Шэньнун утратил божественную силу и исчез. Он выжидал. Когда Хуан-ди поднял отрубленную голову Чи Ю в знак победы, Куньлунь не сказал ни слова – для него было неважно, кто именно вернёт этим землям гармонию и покой. Но мир так и не наступил.
Сюаньюань всю жизнь вёл войны. Короткое затишье наступило лишь незадолго до его смерти, после чего начался новый виток борьбы за власть. Куньлунь хорошо запомнил тот год, когда все вороны поднебесной хранили молчание. В непримиримом бою за Центральную равнину сошлись повелитель воды Гунгун и Чжуань-сюй, потомки Янь-ди и Хуан-ди. Драконы заняли сторону своего бога – Гунгуна – и со временем втянули в войну других оборотней. Мир погрузился в хаос, кровь лилась рекой, души павших стенали день и ночь, блуждая по выжженной пустоши.
Тем временем Хоу И[47], потомок Чи Ю, волею судьбы заполучил Большой лук Фуси, провозгласил себя верховным владыкой и, объединив под своим началом восточные земли, заключил союз с чародеями. С той поры пути подопечных Куньлуня разошлись. Чи Ю сумел заслужить уважение заклятого врага, но его отпрыски, за судьбу которых он так беспокоился, сожгли храмы бога войны дотла, а затем и вовсе позабыли своего предка, чьи ярость и отвага текли у них в крови. Постепенно в народных преданиях он превратился в злого демона в жутком зверином обличье.
Владыку Куньлуня постигло разочарование. Долгие годы он держал данное Чи Ю обещание и заботился об оборотнях и чародеях, наблюдал, как они растут, самосовершенствуются и становятся полноценной частью этого мира. Теперь же они сгорали в огне войны, как сорняки в поле.
Если такова воля Небес… Куньлунь вспомнил Нюйву, которая ещё на заре человечества предвидела мрак и смуту, но бессильно тысячи лет закрывала на это глаза, и решил действовать. Когда Гунгун потерпел поражение и бежал верхом на драконе, Владыка беспощадно выколол дракону глаза, чтобы тот врезался в гору Бучжоушань и пробил дыру в Великой печати, что находилась под ней. Земли Великого непочтения содрогнулись, сотни тысяч злых духов завыли в унисон и ринулись наверх. Огнём души с левого плеча Куньлунь пробудил безмолвный мир под землёй и переломил гору Бучжоушань. Небосвод наклонился на северо-запад.
46
В тибетском языке слово «гэсан» означает «счастье», местные жители могут называть так разные цветы, но чаще всего речь идёт о космеях.
47
Хоу И – герой китайских мифов, известен как выдающийся лучник, который сбил девять солнц, угрожавших погубить всё живое на земле.