– Ты ведь князь демонов, верно? – обратился к нему Дух гор, подойдя ближе. – Почему же ты держишься особняком от остальных?
Тот склонил голову и, помолчав мгновение, тихо ответил:
– Противно.
– Тебе противны твои сородичи?
Юноша пристально смотрел на отражение собеседника в воде.
– Они только и знают, что убивать и пожирать друг друга. Я не желаю такой компании.
– Демоны таковы от природы.
Глаза юноши на мгновение потемнели, но, когда он поднял голову и встретился взглядом с Куньлунем, от вспышки ярости не осталось и следа. Похоже, он давно научился сдерживать буйный нрав.
– Неужели я должен вести себя как они только потому, что родился демоном?
Потеряв аппетит, юноша отбросил труп зверя в сторону, вышел из ручья, затем тщательно выжал одежду и посмотрел на удивлённого Владыку. Под бровью князя демонов алели следы крови, но глаза оставались чисты, как осенние воды.
– Я не желаю так жить. Уж лучше умереть.
Он опустился на землю и устремил взгляд вдаль, где дождь проливался на окутанные туманом горы.
– Куда ты смотришь? – не удержавшись, спросил Куньлунь.
Юноша протянул руку и указал на тяжёлые тучи.
– Они красивые.
– Что же красивого в хмуром небе? – Владыка присел рядом и прислонился спиной к камню. – В ясные дни гора Куньлунь куда лучше. Под солнечными лучами снег искрится подобно драгоценным камням, а летом, когда он подтает, на поверхность пробивается тонкая трава и распускаются цветы – мы зовём их гэсан. – Князь демонов слушал как заворожённый и не сводил с собеседника глаз. – Но теперь этого не увидеть.
– Почему?
– Чтобы освободить вас, я пробил дыру в небе.
Владыка не удержался и погладил его по голове. Волосы юноши были такими же мягкими на ощупь, какими казались на вид. Мышцы тонкой шеи напряглись, но князь демонов не отстранился – даже не верилось, что всего несколько минут назад он перегрыз глотку сумрачному зверю. Куньлунь невольно вспомнил своего пушистого любимца.
– Но… зачем? – спросил юноша.
– Ты всё равно не поймёшь. – Дух гор ласково потрепал его по макушке. – Дитя.
Князь демонов вдруг поднял голову и со всей серьёзностью возразил:
– Пойму. Я много лет провёл взаперти под Великой печатью, но, если б знал, что снаружи так красиво, сам бы давно её пробил.
Куньлунь покачал головой и тихо усмехнулся, вспоминая его слова:
– Говоришь, лучше умереть, чем подчиняться… Похоже, я наконец-то встретил родственную душу.
В воздухе мелькнул силуэт Нюйвы: богиня тщетно искала пятицветные камни, способные залатать брешь в небосводе. Земля стенала, всё живое гибло, но сердце Куньлуня отчего-то радовалось. Он поднялся на ноги и пошёл прочь, молодой князь демонов с его молчаливого разрешения зашагал следом. По взмаху руки Владыки на юго-востоке выросла гора Пэнлай[50], призванная стать укрытием для чародеев и оборотней.
Вскоре проливные дожди обратились страшным потопом, поглотившим тысячи ли земли. Мир огласили истошные вопли, Чжуань-сюй пал ниц, отчаянно моля о спасении, но Небеса не знали пощады, и вода продолжила прибывать.
Сопровождая каждый шаг поклоном, Хоу И повёл чародеев к Пэнлай. Несмышлёные дети в толпе заливались слезами и заходились в крике, взрослые, боясь разгневать богов и навлечь беду, зажимали им рты, и те погибали от удушья. На полпути к вершине подступила вода и унесла с собой половину подопечных Хоу И, но на девятых небесах и на это закрыли глаза.
С запада показались измождённые люди в лохмотьях. Во главе толпы шёл старец с корзинкой лекарственных трав за спиной, а рядом с ним – император Чжуань-сюй. Взирая на них с вершины своей горы, Владыка сразу признал некогда великого бога:
– Шэньнун.
Тот поднял голову, и в мутных глазах будто сверкнула молния. Куньлунь не стал чинить им преград на пути: пусть бедствие вызвала его непокорность Небесам, он не желал никого убивать своими руками. Благополучно добравшись до вершины, Чжуаньсюй трижды преклонил колено и девять раз коснулся лбом земли перед каменной статуей Духа гор, который позволил его роду найти прибежище на Пэнлай.
Дождавшись, когда Шэньнун останется один, Куньлунь явился к нему и сразу получил звонкую пощёчину. Молодой князь демонов оскалился и с рёвом выпустил когти, намереваясь наброситься на наглеца, но Владыка жестом остановил его, затем взглянул на уродливого старика и тихо заключил:
– Ты больше не бог и скоро умрёшь. – Я сделал то, что должен был, и готов принять смерть. А ты… Я всегда считал, что однажды ты станешь причиной великого бедствия. В тебе живёт злоба, которую впитало расколовшее хаос лезвие топора. Скованная вечными льдами вершина горы Куньлунь должна была остудить её пыл, но ты всё равно переступил черту. Ты не знаешь вечности, не отличаешь правду от лжи, добро от зла и жизнь от смерти! Как посмел ты восстать против Небес?.. Эх!