Мы, конечно, жаловались друг другу на жизнь, но вот о любовных делах почти не говорили. Сама я ни разу не состояла в романтических отношениях. У Хины периодически кто-то появлялся, но она никогда толком ничего не рассказывала. С тем самым мужчиной было точно так же. Через несколько месяцев мы снова встретились, и я спросила, как там у них дела, а Хина просто ответила:
– Его больше нет.
Если задуматься, то и во время нашей последней встречи она говорила о своем возлюбленном: «Даже любимого парня больше нет…»
Я-то думала, что они просто расстались, не могла и представить себе, что ее парень на самом деле погиб, а сестра получила много денег по страховке. Мне она все так же жаловалась на свою бедность и постоянные неудачи…
Однако в глазах общества Хина была злодейкой, которая из жадности окрутила бедного парня и довела его до смерти. Некоторые самоназванные «эксперты» даже диагностировали ей нарциссическое расстройство личности.
Случайно увиденная в интернете реакция общества на опубликованную информацию никак не выходила у меня из головы. Я сильно надавила пальцем между бровей, пытаясь таким образом привести мысли в порядок. Но от этого шум в мозгу только усилился. Все так говорят. Все…
Неужели Хина и правда была именно таким человеком?..
Глава 5
Когда прозвенел звонок, возвещавший о начале обеденного перерыва, я поспешно встала из-за рабочего стола. Позади административного корпуса, где и располагался наш офис, стояли одинокое низкое дерево и ржавая скамейка.
За нашим административным корпусом, задним фасадом к нему, стоял корпус факультета Data Science[3], и расстояние между ними составляло всего несколько метров. Пространство это было тесным и темным, солнечный свет туда почти не попадал, так что мало кто захотел бы присесть там на лавочку отдохнуть. Даже проходившие мимо студенты и сотрудники вуза никогда ей не пользовались, а я привычно направилась к этой одинокой скамейке, намереваясь там пообедать.
Не то чтобы взгляды насмотревшихся новостей коллег не давали мне находиться в офисе. Я начала ходить сюда, как только устроилась в университет. Мне нравилось отдыхать в одиночестве. Конечно, никто не запрещал мне обедать прямо за рабочим столом в офисе, но мне как-то не хотелось снимать маску на людях. Хотелось поесть в каком-нибудь укромном местечке, где бы никто не видел моего лица. Вот поэтому я, как только стала тут работать, обошла всю территорию вуза и нашла это место, теперь ставшее для меня маленьким убежищем. Само собой, это было не единственное безлюдное место, но меня привлекла возможность посидеть на лавочке.
А еще мне нравилось наличие рядом со скамейкой низкого деревца. Его ветки нависали над лавочкой, благодаря чему можно было хоть немного укрыться от ветра и дождя. Само собой, во время ливня толку от него не было никакого, так что в ненастные дни я стояла под деревом, раскрыв зонт, и обедала на ногах, не садясь. Даже при самой плохой погоде мое нежелание показывать неровные зубы никак не менялось.
Усевшись на лавочку, я достала сделанные дома онигири[4]. Пока я снимала обертку с рисовых колобков, над головой вдруг зашуршали листья. Наверное, ветки деревца совсем отяжелели. Сняв маску, я подняла глаза и посмотрела на крону дерева.
Совсем недавно я узнала, что дерево это было лимонным.
Летом на ветках уже висели небольшие плоды, но они были темно-зелеными и круглыми, так что я думала, что это юдзу[5] или судати[6]. Плоды постепенно зрели, и теперь среди зелени висело множество фруктов, напоминающих по форме мяч для регби. Правда, созрели они еще не до конца, а потому пока не обрели привычный желтый цвет. Лимоны довольно часто ассоциируются именно с летом, но собирают их, насколько мне известно, зимой. Кисловатого цитрусового запаха почему-то не было – должно быть, дело в низкой температуре воздуха.
За колышущимся зеленым пологом ветвей что-то зашевелилось.
Мне пришлось поспешно натянуть на нос до сих пор опущенную до подбородка маску. Вскоре я получила доказательство остроты моего зрения – откуда-то из-за дерева ко мне шел человек. Это был парень (по всей видимости, студент), который время от времени проходил здесь во время обеденного перерыва. Каждый раз, когда он появлялся здесь, я прекращала есть и поспешно прятала лицо. Кроме него тут никто не ходил, так что, если бы не он, я могла бы гораздо лучше расслабиться и спокойно обедать. Что еще хуже, студент еще и здоровался со мной, проходя мимо скамейки. Я тоже не могла просто игнорировать его и отвечала на приветствие, так что мы с ним даже были до какой-то степени знакомы.
4
Онигири – блюдо японской кухни из пресного риса, слепленного в виде треугольника или шара. Обычно в онигири кладут начинку и заворачивают в лист сушеных водорослей нори.
5
Юдзу – фруктовое растение рода Цитрус, распространенное в Юго-Восточной Азии. Является продуктом естественной гибридизации мандарина и ичанского лимона.
6
Судати – фруктовое растение рода Цитрус, произрастающее в Японии. Точное происхождение не установлено, но считается естественным гибридом юдзу и другого цитруса.