— За кем же еще? — пропыхтел коп. — И какой я тебе друг…
В дверь вежливо постучали.
— Гарри, это Уилл, открывай.
Балдмэн зашнуровывал ботинки, поэтому засов отодвинул я.
— Все целы? — осведомился Уилфред Дженкинс. — Значит, успели. Ну что, Гарри, похоже, всем тайнам конец. Или я ошибаюсь?
Он не ошибся.
Глава 9
Слуга трех господ
Дженифер Хоуп печатала быстро. Уже исписанные листы, на полях которых красовался штамп с надписью «Строго конфиденциально», ровной стопочкой лежали справа от пишущей машинки.
Молодой человек в неброском и не слишком дорогом сером костюме, находившийся в той же комнате и с нарочито скучающим видом сидевший у окна, иногда поглядывал на девушку за машинкой и тут же отводил глаза. Он не хотел, чтобы эта выскочка Хоуп перехватила его взгляд и прочитала в нем острую зависть. Ну как же, только-только с академической скамьи, ей бы пару лет посидеть в «полевом офисе»[19] в каком-нибудь богом забытом уголке, поднабраться канцелярского опыта, а уж потом претендовать на агентурную работу. Так ведь нет, повезло девчонке, подключили к операции — и не простенькой, проходной, а специальной, находившейся под присмотром самого директора! Теперь перед ней все дороги открыты. А за какие, спрашивается, достижения? Операция-то, считай, провалилась. Ну, не провалилась, конечно, результат достигнут, но все шло не совсем так, как планировалось, как предсказывали «яйцеголовые»[20] из аналитического отдела. Чем же тут гордиться?
Чиновник зря опасался, что его взгляд будет пойман и расшифрован. Дженифер Хоуп не обращала на него ни малейшего внимания. Ну, предписано инструкцией, чтобы при составлении отчета рядом с агентом был кто-то из чиновников штаб-квартиры, так и пусть сидит, главное, чтобы не мешал: не цыкал зубом, не хрустел леденцами и не зевал со скуки.
Дженни выдернула из каретки исписанный лист, вставила другой, и пальцы ее снова запорхали по клавишам. Оставалось совсем немного — рассказать об их чудесном спасении из подземелья Джованни Кроче и дать оценку собственной роли в происшедшем.
«Гарри Балдмэн, — писала она, — позвонил главе полиции Локвуда с бензоколонки. Видимо, шеф предчувствовал, что события могут пойти по несколько иному сценарию. Конечно, он не мог знать о третьей — старшей — сестре, проводившей собственное расследование обстоятельств пленения убийц-француженок, однако интуиция его не подвела. Уилфред Дженкинс, у которого, как выяснилось впоследствии, были личные контакты с мистером Балдмэном, отреагировал немедленно, стянув к поместью Джованни Кроче все имевшиеся на тот момент в его распоряжении силы, в том числе дорожную полицию и сотрудников Главного управления. Выждав оговоренное с Балдмэном время, он распорядился начать штурм под предлогом освобождения людей, которых Кроче удерживает против их воли. Охрана оказала ожесточенное, но кратковременное сопротивление. В доме полицейские обнаружили труп женщины, ход в подвал и следы поспешного бегства владельца поместья. Мы были освобождены из заточения и после протоколирования наших показаний отпущены. Полагаю, о дальнейшем полнее расскажет мистер Балдмэн, поскольку сама я не обладаю достаточной информацией.
Анализируя собственные действия, я прихожу к выводу, что моя неопытность не слишком мешала мистеру Балдмэну в проведении операции, а в отдельных случаях мое непосредственное участие было даже на пользу. Впрочем, мнение мистера Балдмэна тут имеет определяющее значение, а в его объективности я не сомневаюсь, поскольку за время нашего знакомства и, позволю себе смелость так выразиться, совместной работы, узнала его как опытного оперативника и человека исключительной порядочности.
В заключение хотела бы остановиться на личности Ричарда Колмена, против воли ставшего нашим коллегой. Мистер Балдмэн фактически спас его от смерти, в дальнейшем, очевидно, намереваясь либо вывести его из игры, либо задействовать на незначительных делах «гражданского» характера, держа при этом в неведении относительно нашего основного задания. Однако жизнь распорядилась так, что необходимость подключения Ричарда Колмена к операции стала очевидной. Не задавая лишних вопросов, но, очевидно, о многом догадываясь, Колмен проявил себя с наилучшей стороны. Уверена, было бы целесообразным использовать его и в дальнейшем, хотя предвижу тут немалые трудности, поскольку наряду со смелостью, сообразительностью и другими положительными качествами, Ричард Колмен излишне строптив и вспыльчив».