– Если вам нужны деньги, мы продадим и дом, и поля, но заплатим! Это единственный ребёнок в нашем клане. Пожалуйста!
– Пожалуйста, помогите!
Но из-за шёлковой занавески не доносилось ни звука. Люди начали ещё сильнее кланяться и молить.
– Тц.
В глазах, которые смотрели на плачущих, застыл холод. Слуга сзади обмахивал Пхарё веером, отчего его чёрные волосы слегка развевались. Стеклянный взгляд Пхарё сосредоточился на людях, которые кланялись ему за шёлковой занавеской.
Всё это было невероятно скучно. Все люди чего-то хотели. Стоило исполнить одно желание, как они возвращались с другим. Желания множились, как грибы после дождя.
– Какой смысл что-то исполнять, если после смерти всё равно наступит конец? Эти желания даже не унести с собой в загробный мир, – бормоча себе под нос, Пхарё поменял руку, которой подпирал подбородок, и вытянул ноги. – Что ж, хотите спасти ребёнку жизнь?
В ответ люди, растянувшиеся во дворе, закивали, громко повторяя: «Да, да». Пхарё на мгновение задумался, а затем снова заговорил:
– Когда придёте домой, вы увидите там огромную многоножку. Поймайте её, сварите живьём и напоите этой водой ребёнка. Тогда он поднимется.
Люди громко зарыдали и начали отвешивать бесчисленные поклоны.
– Ох! Спасибо! Спасибо вам! Мы не забудем этой услуги. Всё это – наша искренняя благодарность, обязательно примите её!
Глядя в спины людям, которые попрощались и уже уходили, оставив шёлк и драгоценности, Пхарё лишь зевнул. Конечно, жить и двигаться станет не сам ребёнок, а дух многоножки, который в него вселится, но для них всё будет выглядеть совершенно одинаково. Большой разницы нет. Пхарё даже не солгал. Он сказал только, что ребёнок поднимется, и не говорил, что он оживёт.
На одной стороне двора стояла небольшая гора из мешков с зерном и сундуков с предметами роскоши и деньгами. Все эти вещи люди принесли за сегодняшний день. Поглаживая роскошный веер, лежащий рядом, Пхарё пробормотал:
– Что одни, что другие…
Ему было некомфортно.
Взять, например, позавчерашнее происшествие в Змеином ущелье. Пхарё думал, что лишь ненадолго отвлёкся, но за это время ему успели принести столько всего!
– Таковы люди.
С годами здешняя работа ему надоела.
– И где же Она?
Пхарё провёл в мире живых больше шестидесяти лет. Несколько раз погружался в глубокий сон, но даже тогда не переставал искать Её. Однако никаких следов найти не удавалось. Пхарё по привычке коснулся красной серьги необычной формы, свисавшей с левого уха.
– Словно Она просто взяла и исчезла…
Но это было немыслимо.
– Она отвечает за жизнь и смерть. И не может так просто исчезнуть.
Холодные глаза Пхарё сверкнули. Уже подходил к концу срок, на который можно было оставить Её место пустым.
– Другие королевы ада[15]…
– Господин Пхарё! – Человек, одетый во всё чёрное, тихо поклонился и позвал его.
Люди, обращавшиеся к Пхарё по имени, принадлежали только к одной группе. Он раздражённо спросил:
– Что? Гильджон, ты снова что-то натворил?
Небрежно звать верховного советника лишь по имени было верхом высокомерия. Сделай подобное кто-нибудь другой, его тут же разорвали бы на части. Но Пхарё смотрел на склонившегося перед ним человека, даже не моргая.
– Орабони, сегодня здесь я, Чхэрён, а не отец.
Слегка загнутый нос туфельки с цветочным узором выглядывал из-под яркой юбки. Женщина, плавно вошедшая во двор, посмотрела на Пхарё.
– Давно мы не виделись, верно?
Тот вздохнул и отдёрнул шёлковую занавеску. Их взгляды встретились.
– Хочешь услышать, что отец и дочь по очереди устраивают неприятности?
– Орабони, вы же не придёте к нам, пока мы не поднимем шум. Поэтому я пришла к вам сама. Вы ведь знаете, как трудно мне выйти из дворца, так подойдите, чтобы поговорить лицом к лицу.
– С возрастом мне стало трудно двигаться. Сама подойди. Место я тебе выделю. – Пхарё достал пёструю подушку, положил её рядом с собой и указал на неё рукой.
– Только вы, орабони, позволяете себе так обращаться с королевой.
– Я не подданный этой страны, а ты, придя сюда, становишься просто Хан Чхэрён, а не королевой.
– Ваш ответ мне по душе. Что ж, тогда я удостою вас чести, сев рядом.
Чхэрён подобрала подол юбки, быстрыми шагами подошла и села около Пхарё.
– И как? Весело быть королевой?
– Ну, всё так, как я думала. Выглядеть скромной и мудрой – одно из умений, которыми я владею лучше всего.
– Ты так похожа на Гильджона.
Хан Гильджон, влиятельный придворный при трёх королях, в конечном счёте сделал свою дочь королевой этой страны, и Хан Чхэрён как две капли воды была похожа на отца.
15
Десять королей ада (