– Сам господин Таньлан удостоил своим посещением столь скромное место. Что ж, тот, кого вы ищете… боюсь, и есть я, ваш преданный слуга.
Теперь, когда он выпрямился, стало видно: мужчина был высок – как раз порядка восьми чи ростом, не слишком плотного сложения, но стоял так уверенно, будто это место принадлежало ему по праву.
– Кто ты такой? Назовись, – мрачно процедил Шэнь Тяньшу.
Мужчина лишь улыбнулся и, не извлекая оружия из ножен, приготовился к бою.
Шэнь Тяньшу под грозным именем Таньлан годами безнаказанно хозяйничал не только при дворе, но и во всей Поднебесной, и ни разу ему еще не доводилось встречать наглеца, который, не потрудившись даже представиться, сразу лез в драку! Однако он лишь нахмурился, не сдвинувшись с места, и едва заметно махнул рукой. Его прихвостни, словно свора голодных псов, тут же ринулись вперед, плотным кольцом окружив незнакомца.
– Не утруждайтесь, – ответил он и резкие черты лица искривились в ухмылке.
Бойцы в черном набросились на свою жертву. В их руках, будто из ниоткуда, появились необычные устройства. Пружины сработали – и воздух с жужжанием рассек смертоносный дождь отравленных игл, с неистовством бури устремившихся прямо к незнакомцу. Они совсем не заботились о том, что под удар могли попасть и мирные горожане.
Слуга, помогавший хозяину встать, не успел спрятаться. Испуганно вскрикнув, он зажмурился в ожидании смерти. В то же время еще несколько противников подобрались к незнакомцу со спины – мечи, кнуты и прочее оружие перекрыли ему пути к отступлению.
Ваньэр, еще недавно такая храбрая, увидев могущество Северного Ковша, вмиг побледнела.
Незнакомец, так и не сдвинувшись с места, извлек откуда-то холщовый мешочек и подбросил его в воздух. Бойцам показалось, что перед ними проплыл землисто-серый призрак, в тот же миг послышался металлический перезвон – и этот потрепанный лоскуток ткани, словно легендарный мешочек Цянькунь[135], разинул свою пасть, поглотив весь смертоносный град отравленных игл. Незнакомец развернулся, ладонью отвел атакующий клинок и вновь взмахнул мешочком. Все пойманные им иглы со свистом выскользнули сквозь прорехи ветхой ткани и, словно живые, впились в тех, кто их только что и выпустил.
Собственное оружие обернулось против них – весь отряд был повержен.
Ваньэр услышала, как «обжора» тихо прошептал:
– А? Неужели это он?
В схватке незнакомец использовал весьма необычные приемы, однако его боевая стойка оставалась непоколебима как гора Тайшань. В одно мгновение он сразил более десятка приспешников Северного Ковша, а сам даже с места не сдвинулся. Так даже и не поймешь сразу, кто он такой и к какой школе принадлежит.
– Кто это? – поспешно спросила Ваньэр.
«Обжора», вцепившийся в свой мешок, слегка ослабил хватку, и на его губах появилась улыбка:
– Один мой старый друг, мы давно знакомы, но до сегодняшнего дня нам так и не довелось встретиться лично.
Уголки глаз Шэнь Тяньшу едва заметно дрогнули, и он произнес зловещим голосом:
– Не пристало такому мастеру, как вы, хитрить да прятаться, поджав хвост.
Незнакомец улыбнулся:
– Когда говорят на языке клинков да кулаков, имена ни к чему. Но прятаться не в моих привычках. Господин Таньлан, если хотите меня схватить – прошу.
Шэнь Тяньшу с гневным криком метнулся вперед. Его свирепая истинная ци переломила деревянный столб, разбив заодно и каменные дорожные плиты. Их осколки разлетелись во все стороны, а перепуганный торговец, оставшийся без лавки, бросился наутек.
Ваньэр плавно развернулась, вытащив из рукава изумрудную флейту. Ее цингун был безупречен: она словно порхала по цветам лотоса, а платье мягко развевалось вслед за ней по ветру, когда девушка стремительно пронеслась вдоль улицы, отражая каменные осколки, прямо перед лицами горожан, не успевших скрыться. В тот момент незнакомец уже вступил в схватку с Шэнь Тяньшу: внутренняя ци одного из них была невероятно сильна, но ему приходилось сдерживать ее, скрывая свое происхождение, атаки другого же были жестоки и безжалостны, и он обрушивал их на противника, впервые встретив того, кто не уступал ему в мастерстве. Их ладони столкнулись – и оба невольно отступили на несколько шагов.
Незнакомец, скрестив руки за спиной, спокойно произнес:
– Письма господина Гоу – всего лишь переписка единомышленников, ни одного крамольного слова в ней нет. Хоть на всеобщее обозрение выставляй – ничего предосудительного. Конечно, найдутся те, кто и в обычной переписке усмотрит «заговор», а после раздует из искры пожар. Но поскольку господин Гоу уже наказан, мне пришлось пойти на кражу, чтобы не пострадали невинные люди. Все письма уже сожжены, господин Таньлан может прекратить свои поиски. Буду весьма признателен за оказанную любезность.
135