Чжоу Фэй оглянулась на испещренный нитями путь, которым они только что шли, и спросила:
– Что будет, если Цяньцзи включится полностью?
Не успела она договорить, как камни под маленьким павильоном начали опускаться безо всякого предупреждения. Се Юнь шел впереди и отступить уже никак не мог, но мгновение спустя взмыл в воздух, выпустил из ладони светящуюся жемчужину и, едва коснувшись ее ногой, точно позаимствовав у перышка невероятную легкость, перескочил на другой камень. На ходу он схватил Чжоу Фэй за плечо и с силой потянул назад за собой, но… она даже не шевельнулась!
Ли Цзиньжун наставляла ее с тех пор, как дочь научилась держать в руках палочки для еды, и отнюдь не чуралась ни ругательств, ни избиений, так что основы боевых искусств в Чжоу Фэй вколачивали силой, и даже если бы она просто стояла в задумчивости, так просто сдвинуть ее вряд ли бы у кого-то получилось.
Сама она тоже опешила, однако удивил ее совсем не внезапный порыв незнакомца, а то, что рука у этого мастера цингуна оказалась неожиданно мягкой.
Какая сторона преобладает у бойца – сила или ловкость – и насколько он искусен в своем мастерстве, можно понять по его рукам, особенно в самый опасный миг, когда нужно кого-нибудь резко потянуть или оттащить. Но ладонь этого юноши скорее напоминала руку обычного хилого ученого.
В сердце Чжоу Фэй зародились сомнения, но тщательно все обдумать у нее все равно бы не получилось, потому что Чернильная река вдруг пришла в движение, на поверхности воды образовался огромный водоворот, и чудовищные нити Цяньцзи, затянувшие все небо, зазвенели словно струны. Мастер Се остановился, покачал головой и вздохнул:
– О Амитабха[30]! Девочка, какой демон тебя за язык дернул? Почему хорошее так редко сбывается, а плохое никогда не заставляет себя ждать?!
Ли Шэн уже вовсю дрожал от страха:
– Что это?
Шум был настолько жутким, что Чжоу Фэй невольно огляделась и увидела, как валуны под водой то поднимаются, то опускаются, как во время прилива. Густо сплетенные нити Цяньцзи устремились в небо, откуда собирались вот-вот обрушиться и накрыть собой бедолаг, а те, точно беспомощные муравьи, у которых разрушили дом, так и остались стоять, сбитые с толку. Впереди бурлила вода, назад пути больше не было, гибель казалась неминуемой. Бледный как смерть молодой мастер Ли громко крикнул охрипшим от страха голосом:
– Раз это какое-то устройство, должен же быть выключатель, верно?
Се Юнь оставался совершенно невозмутимым:
– Хм, дай мне подумать…
Ли Шэн чуть не лопнул от бешенства. Столько времени прошло, а ему еще нужно подумать! У этого Се с головой все в порядке?
Чжоу Фэй смерти тоже дожидаться не собиралась, поэтому отточенным движением выхватила клинок из ножен и без лишних слов яростно бросилась перерезать одну из нитей Цяньцзи.
– Фэй, что ты делаешь? – вскрикнул Ли Шэн.
От удара брызнули искры, но огромная нить даже не шелохнулась, а клинок, дрогнув, отскочил назад, по лезвию побежала трещина. Все нити Цяньцзи вокруг оглушительно загудели, как будто насмехаясь над глупой девчонкой, которая пыталась в одиночку поразить целое «речное чудовище».
Нависшая над ними кровожадная паутина привела в движение камень, на котором они стояли. Одна его часть вдруг исчезла в волнах Чернильной реки. Ноги Ли Шэна давно вымокли до самых колен и теперь почти полностью погрузились в воду, настолько ледяную, что холод пронизывал до костей. Взгляд юноши стал пустым, а в голову пришла лишь одна мысль: «Мне не следовало приходить сюда и уж тем более звать с собой Фэй».
Се Юнь внимательно прислушивался: все звуки смешались в беспорядочный гул. Вдруг он поднял голову и указал пальцем в сторону:
– Руби эту!
Чжоу Фэй чувствовала приближение нити Цяньцзи: будь у нее шерсть, та бы уже встала дыбом. Кровь внутри яростно бурлила. Девочка слепо положилась на Се Юня, ее запястья быстро закрутились в воздухе. Обхватив рукоять клинка обеими руками, она молниеносно полоснула по тонкому тросу «Атакой горы Наньшань» – тем самым приемом, который она применила против Ли Шэна в попытке уколоть его самолюбие.
Но на этот раз удар получился совершенно другим. Тогда ее всего лишь захлестнула мимолетная злость, оттого и клинок казался более податливым: она даже смогла зацепить им мешочек, который бросила Ли Янь. Теперь же все было иначе: оружие рвалось без сожаления биться головой о гору Чжуннань[31]. Лезвие с ревом полетело вперед, будто пытаясь запугать невидимого врага шумом, пронзило дымку у самой поверхности воды и вдруг ударилось обо что-то. В один миг длинный меч, который который Чжоу Фэй носила на спине более десяти лет, сломался: от удара по лезвию вокруг выбоины расползлась паутина трещин, а кончик его отскочил и исчез где-то в речной глубине.
30
31