К своему удивлению, девушки выяснили, что даже в таком захолустном уезде, как Хуажун, управляющий купался в роскоши. И внутренний, и внешний дворы были красиво и чисто убраны, всюду сновали слуги. Глаза Чжоу Фэй, привыкшие к более скромному убранству, едва не ослепли от такого великолепия. С детства ее учили «в богатстве не развращаться, в бедности не сдаваться»[114]. Девочка, конечно, с этим не соглашалась и пропускала все наставления мимо ушей. И лишь теперь она поняла, что тогда просто не представляла, о каком именно богатстве шла речь.
Во внутренних покоях действовал целый свод правил, которые все его жители неукоснительно соблюдали, поэтому девушки, чтобы не выдать себя, действовали осторожно. Лишь ближе к ночи им удалось найти укромный дворик в отдалении, где они и спрятались покамест в пустующей кладовой.
– Наверное, я просто надумываю… – сказала У Чучу, разворачивая бумажный сверток с еще теплыми мясными лепешками, которые выглядели гораздо аппетитнее, чем те объедки, которыми кормили хозяйку этого места. Юная барышня вздохнула: – Быть может, в этом дворике живет наложница, которая впала в немилость и сошла с ума. Вероятно, она родила управляющему детей, поэтому ее и держат здесь до сих пор и дают ровно столько, сколько нужно, чтобы не умереть с голоду.
Чжоу Фэй откуда-то достала две маленькие деревянные колодки, покрытые плотным слоем пыли, и протянула одну У Чучу. Устроившись на них, девушки быстро расправились с лепешками. На запах еды тут же сбежались крысы, которые, вероятно, кормились где-то еще: все они были упитанные, с блестящей шерстью и совершенно не боялись людей. Крысы пищали, не унимаясь, и подбирались все ближе к незваным гостьям. У Чучу задрожала от страха.
Чжоу Фэй носком сапога легонько приподняла одну из крыс и швырнула ее в сторону. Несчастная глухо ударилась о стену и свалилась на землю без сознания. Остальные «сме ьчаки», не пожелав разделить ее участь, тут же удрали обратно в свои норы.
– С мертвецом рядом сидела, а крыс испугалась? – полюбопытствовала Чжоу Фэй.
У Чучу смущенно улыбнулась, но тут же вспомнила о своем положении, и глаза ее вновь покраснели. Приложив все усилия, чтобы не расплакаться, она решила завязать с Чжоу Фэй разговор, чтобы отвлечься от дурных воспоминаний. Однако та неохотно поддерживала беседу: у людей общительных еще получалось хоть немного растормошить юную «разбойницу», а с молчунами Чжоу Фэй обыкновенно оставалась немногословной. Сейчас же она сидела, нахмурив брови, меж которых пролегла глубокая складка: наверняка ее голову тоже переполняли не самые приятные мысли. У Чучу решила, что, если не заговорит первой, они так и просидят весь день молча.
– Эм… Фэй? – начала барышня У, опасаясь, что так и не дождется от своей спутницы никакого ответа.
– М-м? – внезапно отозвалась та.
У Чучу долго размышляла, но не придумала ничего лучше, кроме как спросить по существу:
– Что будем делать дальше?
– Переждем несколько дней, – ответила Чжоу Фэй. – Звездам Северного Ковша пока не до нас – в городе еще остались целые дома. Наверняка они скоро уйдут, а мы на это время пока затаимся здесь. Когда в Хуажуне станет спокойнее, двинемся на юг – там безопаснее.
У Чучу кивнула и снова спросила:
– А какие они – Сорок восемь крепостей?
Чжоу Фэй не догадалась, что барышня У просто хотела вытянуть из нее хоть пару слов, и решила, что девушка, оставшись совсем одна, без родителей и брата, просто тревожится о будущем.
– Сорок восемь крепостей – это сорок восемь школ боевых искусств. Будет страшно – поживешь сначала со мной, а если мне придется уехать снова, то с моей младшей сестрой.
У Чучу цеплялась за каждую возможность разговорить молчаливую собеседницу:
– У тебя есть сестра? Наверное, она тоже красивая и сильная!
В голове Чжоу Фэй промелькнул образ Ли Янь, и слова сами сорвались с губ:
– Ну… не очень красивая. Да и не сильная. И вообще, она просто дурочка.
Беседа явно не клеилась.
У Чучу смутилась, но, взглянув на совершенно невинное выражение лица Чжоу Фэй, не сдержала неловкого смешка. Та поняла, что своим ответом поставила спутницу в тупик, и попыталась исправиться. Однако ничего подходящего ей в голову не пришло, и потому она просто спросила о том, что первое попалось на глаза:
114
…