– Будь умницей, сначала поешь, а потом уже играй.
По спине пробежали мурашки – то ли от отвращения, то ли от ужаса. За всю свою жизнь Чжоу Фэй никогда не видела таких быстрых и ловких движений. В душу закрались сомнения: «Неужели это правда она?»
Если это действительно та самая Дуань Цзюнян, то, очевидно, сопротивляться бесполезно. Для такого выдающегося мастера уничтожить какую-то несмышленую девчонку – все равно что раздавить муравья, пара пустяков, так что и в еду такая станет что-то подсыпать разве что от скуки.
Немного помедлив, девушка молча схватила миску с кашей и залпом выпила все ее содержимое. Рисовая похлебка разлилась теплом по телу. Поставив пустую миску на стол, Чжоу Фэй уже собиралась поблагодарить служанку, как вдруг Дуань Цзюнян быстрыми и точными ударами прожала рукоятью клинка несколько точек на теле девушки.
Та вмиг застыла, не в силах пошевелиться.
В очередном приступе безумия женщина приблизилась к ней и шепнула на ухо:
– Не убегай без разрешения! Видишь, ночь на дворе, а снаружи бродит большой серый волк, он придет и утащит тебя! А-у-у-у!
Чжоу Фэй промолчала, она отчетливо ощутила на себе, что значит «пускать дым из семи отверстий»[122].
Дуань Цзюнян перевела взгляд на У Чучу, которая, в отличие от упрямой подруги, гораздо лучше понимала намеки. Придерживая миску обеими руками, барышня У маленькими глотками пила похлебку, кротко улыбаясь, пока ее тоже не обездвижили за компанию. Хозяйка осталась вполне довольна ею и тут же закружилась в танце с криками «А-у-у! А-у-у!», после чего скорчила гримасу, передразнивая пылающую от гнева Чжоу Фэй, и умчалась в угол любоваться собственным отражением в зеркале.
Девушки переглянулись, и У Чучу осторожно спросила:
– Госпожа Дуань… а как можно спастись от большого серого волка?
– Проще простого! Нужно всего лишь выдержать десять моих ударов! – не оборачиваясь, бросила та. – Но у вас все равно не получится. Мое искусство создано, чтобы противостоять «Клинку, рассекающему лед»… Брат Ли, осмелишься ли ты помериться со мной силами?
Последний вопрос она произнесла по-особенному легко и нежно, глядя куда-то в пустоту, словно действительно обращалась к невидимому «брату Ли». У Чучу невольно вздрогнула и в недоумении снова переглянулась с Чжоу Фэй.
– Госпожу Дуань с великим героем Ли многое связывало, – вздохнула пожилая служанка. – Я вам сейчас все расскажу. Южной династии в то время еще не существовало. Члены свергнутой императорской семьи спасались бегством, а в прежней столице бесчинствовали люди Северного Ковша, и всюду царили лишь страх и смятение. Я работала тогда служанкой в благородной семье – мой господин некогда был ученым в академии Ханьлинь, но не захотел служить тирану и ушел в отставку, а его старший сын по глупости ввязался в передрягу с учениками Императорской академии, за что его схватили и бросили в тюрьму. Двор угрожал моему господину, вынуждая его занять чиновничью должность. Ради единственного сына он сделал вид, что готов вернуться ко двору, но втайне связался со своими друзьями, чтобы те помогли ему скрыться вместе с семьей. К сожалению, он доверился не тем людям – нас предали, и вся семья погибла. Лишь мне чудом удалось сбежать и спасти младшего наследника – внук господина был еще совсем младенцем. Когда убийцы почти нас догнали, госпожа Дуань случайно оказалась рядом – она убила их главаря одним ударом ладони и спасла нас.
Старушка мельком взглянула на свою безумную хозяйку: та, припевая, расчесывала волосы, будто ничего не слышала.
– Никто не ожидал, что убитый окажется младшим братом Вэньцюя из Семи звезд Северного Ковша. Госпожа Дуань от природы обладала необычайным талантом и в столь юные годы уже прославилась на весь мир. Похвастаться заслугами она любила, а потому даже не пыталась скрывать своей причастности, за что и поплатилась. Люди из Северного Ковша прекрасно знали о Руках Цветения и Увядания, вот и восприняли это как вызов и, разумеется, решили устранить соперницу. В Пинъяне нас окружили четверо: Ляньчжэнь, Вэньцюй, Уцюй и Цзюймэнь. Битва была жестокой. Госпожа Дуань получила тяжелые ранения, а я уже готовилась к смерти и сожалела лишь о том, что не смогла позаботиться о малютке-господине. Тогда и появился великий герой Ли! Оказалось, шисюн госпожи Дуань, узнав, что она попала в беду, сам прийти ей на помощь не смог, но доверил спасение своей шимэй герою Ли. Тот оказался человеком порядочным и справедливым. Стоило ему услышать просьбу друга, он тут же, не жалея сил, покинул земли Шу, мчался день и ночь и прибыл как раз вовремя. В тот день мы едва не распрощались с жизнью.
122