А он — как долго он еще будет таким мягкосердечным?
Когда он остановится? Когда? Зачем сохранять эту слабость, которая всегда низвергала его разум в разрушительную бездну?
В прежние времена Нин И еще мог сказать себе, что нелюбимому принцу не нужно слишком много думать, но теперь? Теперь он встал на другой путь, и перед ним развернулась кровавая междоусобная борьба, а на его плечах лежали судьбы тысяч и тысяч жизней. Он не мог позволить себе и капли этой мягкосердечности или колебания.
Сколько бы человек ни думал и на сколько шагов ни отступал, никто не мог бороться с судьбой, уготованной Небесами.
Вэй Чжи, Фэн Чживэй.
Ты и я, с сегодняшнего дня… враги.
Фэн Чживэй повернулась и посмотрела на Нин И. Мужчина сидел вдалеке в седле гордой и высокой лошади, а за ним стройным рядом тянулись тысячи солдат в броне. Все небо и земля были перед его глазами, кроме нее.
Девушка молча смотрела на него, а затем, наконец, глубоко и протяжно вздохнула.
Некоторые вещи произошли не по ее желанию, и Чживэй понятия не имела, как могла им противостоять. Судьба была неумолима и, казалось, заставляла ее на каждом шагу выступать против Нин И.
Она не собиралась объясняться.
Объяснения были бесполезны. Когда Чживэй обняла Шао Нин, падая с балкона, принц в этот момент подстегнул лошадь, чтобы засвидетельствовать падение, воля Небес уже была исполнена.
До сих пор не оправившийся от потрясения генерал армии Юйлинь вышел вперед, не прекращая благодарить Фэн Чживэй и Гу Наньи. Его Императорское Величество уже был на пути во дворец. Когда генерал услышал, что принцесса Шао Нин спасена ученым Вэем, он подумал, что этот министр определенно будет вознагражден и поэтому сейчас самое решающее время для налаживания отношений.
Пока генерал играл в политику, к ним подбежала Шао Нин, с растрепанными волосами и без одной туфли. Она смеялась и плакала одновременно и на виду у всех схватила Фэн Чживэй и прижалась к ней, громко крича-.
— Вэй Чжи! Вэй Чжи!
Девушка не благодарила Фэн Чживэй за спасение ее жизни, и ее не заботило, что тем, кто на самом деле спас ее, была вовсе не Чживэй. Все, что делала принцесса, это цеплялась за девушку и со слезами на глазах повторяла «Вэй Чжи», словно пытаясь с помощью этого выразить все бурные эмоции своего сердца.
Телохранители могли лишь неловко отводить взгляды, закрывая глаза на столь неблагонравное поведение.
Прибывшие высокопоставленные чиновники и министры переглянулись: принцесса разыгрывала такую драму перед всеми, неужели ей наплевать на достоинство императорской семьи? Когда новость об этом распространится, чем все это закончится?
Фэн Чживэй улыбнулась и мягко отстранила Шао Нин, прежде чем отступить на три шага и поклониться.
— Ваше Высочество, — начала девушка спокойно и искренне, — этот младший министр был неосторожен, когда его толкнули, и принцесса тоже упала. Все это вина этого презренного слуги. Ваше Высочество, прошу вас назначить наказание. — Чживэй снова улыбнулась. — Чудесным образом уцелев, этот младший министр взволнован так же, как и принцесса, и приносит извинения за нарушение этикета.
Смысл слов Фэн Чживэй был ясен: «Я не спасала тебя.
Я потеряла равновесие, когда наследный принц врезался в меня, и это моя вина, что ты упала. Теперь я могу рассчитывать только на то, что заслуга компенсирует наказание. А что касается твоей потери самообладания, то это не что иное, как волнение от того, что мы выжили».
И хотя Чживэй и не произнесла вслух слов о нарушении правил приличия, она верила, что принцесса все поймет.
Шао Нин в изумлении приросла к земле. Все министры вздохнули с облегчением.
Произнося это, Фэн Чживэй сделала еще шаг назад. Девушка утратила весь интерес к происходящему, и на ее лице осталась лишь равнодушная улыбка. Она отвела Гу Наньи в темный утолок, где собиралась дождаться прибытия Его Величества и вернуть военную печать Хувэй[98].
В этом уголке было тихо и пустынно, и Гу Наньи, казалось, наслаждался покоем. Он срывал травинки одну за другой и попробовал каждую, ища сладкую. Казалось, что только что произошедшее убийство и вся эта кровавая ночь его совсем не трогали.
Фэн Чживэй какое-то время смотрела на мужчину, а затем шагнула вперед, ее лицо почти коснулось его вуали.
— Скажи мне, кто ты на самом деле такой?
Глава 38
Кто ты такой?
Нежный ветерок донес до них аромат цветов, когда появились первые лучи зари.
98
Командование армией в Древнем Китае осуществлялось с помощью печати из двух частей: одна была у главнокомандующего, вторая у Императора.