Фэн Чживэй осмотрела белый нефрит, нашла маленькую щель и надавила на нее.
С тихим щелчком белый нефрит раскрылся, и из него выпал крошечный золотой замок[127].
Фэн Чживэй замерла, изучая смутно знакомый предмет.
Когда девушка повернула его в руке, то сразу заметила бацзы на обратной стороне, и ее сердце сжалось — это была дата рождения Фэн Хао!
Фэн Хао родился третьего июня в последний год правления императора Ли династии Чэн. Он носил этот золотой замок в детстве, а затем тот странным образом пропал. Фэн Чживэй тогда не придала этому значения, а украшение неожиданно обнаружилось здесь!
Но зачем Пятая тетя украла золотой замок Фэн Хао? И для кого она его украла?
Фэн Чживэй раскрыла ее тайну, но это только усилило замешательство. Девушке показалось, что она случайно прикоснулась к огромному секрету, но плотный туман, окружавший его, не давал ничего разглядеть.
Чживэй все думала и думала об этом и наконец пока спрятала золотой замок, решив отправиться к дому госпожи Фэн, но в дверях заколебалась.
С тех пор как госпожа Фэн отказалась отправить Фэн Хао на гору Шоунань на учебу, отношения Фэн Чживэй с ее семьей сильно ухудшились. Хотя матушка часто приносила еду и сшитую ею одежду, девушка не выходила к ней.
Для всех остальных Чживэй могла сделать доброе и нежное лицо, но те были незнакомцами. Перед матерью и младшим братом — своей семьей — ей было гораздо труднее удерживать на лице эту маску.
Только те, о ком вы заботитесь больше всего, могут причинить вам самую глубокую боль.
Пока Чживэй колебалась, со двора донесся шум, и внутрь хлынула большая толпа. Женщина впереди крикнула своим резким голосом:
— Поздравляем молодую госпожу Фэн!
Открыв двери, Чживэй вышла во дворик, полный блестящих глаз и злорадных улыбок. Тетушка Ань стояла перед толпой, держа в руках одежду и украшения. Ослиное лицо служанки, казалось, было готово треснуть от улыбки, а густая пудра осыпалась хлопьями с ее щек.
— Поздравляем молодую госпожу Фэн! — снова крикнула старуха, протягивая ей одежду. — Мы услышали, что вас выбрали младшей женой принца Хучжо! Принц Хучжо приехал с визитом, и госпожа сейчас принимает его в переднем зале. Вам нужно переодеться и отправиться туда же, чтобы прислуживать принцу.
Эти слова «младшая жена» были произнесены с такой насмешкой, что другим служанкам пришлось напрячься, чтобы не расхохотаться. Их лица покраснели от напряжения. Одна старая тетушка добавила:
— Я слышала, что степняки полны сил и энергии, молодой госпоже Фэн действительно повезло.
Тут же эти слова подхватила другая старая служанка:
— Боюсь только, что поговаривают, их запах слишком силен. Я слышала, что степняки моют ноги, может быть, раз в год! Когда молодая госпожа будет служить мужу, пусть будет осторожна, чтобы не задохнуться.
Слуги не выдержали и залились смехом.
Тетушка Ань вытянула руки вперед еще сильнее: это был яркий розово-красный халат — цвет, который носили только наложницы, и он совершенно не сочетался с длинной зеленой юбкой. Весь наряд выглядел вульгарно. Золотой шейный обруч напоминал ошейник для собаки: такой же грубый и безвкусный. И вместе красный, зеленый и желтый были откровенным оскорблением для глаз.
Хэлянь Чжэн был действительно слишком нетерпелив, раз так быстро примчался.
Фэн Чживэй подняла брови, осматривая предложенную ей одежду. Наконец она сказала:
— Неужели это драгоценная одежда, которую так долго хранила в своих сундуках тетушка Ань? Как, должно быть, жалко прятать ее столько лет, не имея возможности надеть. Вы сегодня принесли мне ее, потому что совсем потеряли надежду?
Старуха остолбенела и гневно втянула носом воздух.
Госпожа не просила служанку принести одежду; это была ее собственная попытка мелкой мести и унижения Чживэй. Эти одежда и украшения действительно были тем, что она прятала в своих сундуках, приготовив, как она когда-то думала, чтобы выйти замуж за управляющего Лю. Но, в конце концов, после смерти своей первой жены тот женился на другой женщине, а у тетушки Ань, к ее величайшему сожалению, так и не появилось шанса надеть свадебные одежды. Она и не думала, что Фэн Чживэй окажется такой проницательной и прямо ударит по самому больному месту.
— Ты… — Старая дева задрожала от злости, застыв на месте, не в силах ни двинуться вперед, ни отступить.
127
Украшение для детей, призванное охранять их от злых духов. Являлось именным, также на нем обычно была гравировка даты рождения.