Молодой господин Ли остолбенел от слов Чживэй и последние краски исчезли с его лица. Мужчина был на грани потери сознания от боли, но держался, чтобы не упасть в обморок.
Улыбка Фэн Чживэй смягчилась.
Инь-эр знала только то, что этот человек — «представитель шелковых штанов»[33], но Чживэй понимала намного больше. Политические интриги в империи Тяньшэн были очень изощренными, и все важные министры принадлежали какой-нибудь фракции. Если противоборствующая сторона найдет на вас что-то компрометирующее, она будет беспощадна. Хотя девушка не знала, в какой фракции состоял ученый Ли, она понимала, что эта фракция непременно была очень могущественной. И ситуация с его внуком точно обернется большими проблемами.
Кроме того, должность ученого очень ценна. Ученый Чжуншу отвечает за поиск и приглашение лучших талантов в империи для службы при дворе. Это уже не говоря о репутации: ученым может быть только неподкупный государственный чиновник. Ему поручено вербовать на службу к Императору самых одаренных и способных людей по всей Поднебесной. Если люди узнают, что внука такого важного министра кастрировали в публичном доме, ученого обязательно снимут с должности.
Фэн Чживэй была очень довольна собой. Молодой господин Ли не казался глупцом и, несомненно, сразу понял ее слова. С дружелюбной улыбкой девушка подняла мешочек повыше и мягко сказала:
— Я не буду усложнять жизнь молодому господину, мы никому не скажем об этой грязной ситуации, если вы готовы продемонстрировать свою искренность…
— Какую… искренность? — Бледный мужчина закусил губу, пытаясь стерпеть боль.
— Честно говоря, отсутствие одной драгоценности не означает, что вы больше не мужчина, — лениво протянула Фэн Чживэй. — Я слышала, что знаменитый лекарь Сюань Юаньцин из Шаннаня происходит из семьи легендарных врачевателей. Он способен возвращать мертвых к жизни и наращивать плоть на костях. Если вы хорошо сохраните эту штучку, то кто знает, возможно, лекарь вернет ее на место, даже если она уже будет бесполезна. Но, по крайней мере, вы сможете умереть с целым телом. В нашей империи Тяньшэн запрещено хоронить неполноценные трупы, иначе это преступление перейдет на следующие девять поколений!
— Тогда… Тогда… — Молодой господин Ли рассеянно хлопал ртом, держась за пах. Крови было немного из-за быстроты и аккуратности движения Фэн Чживэй. Поэтому, хотя мужчина и испытывал жуткую боль, его жизни ничто не угрожало. У него только кружилась голова, и потому сложно было ясно понять смысл слов Чживэй.
— Я имею в виду… послушно возвращайтесь домой и уезжайте из города. Можете поехать искать известного лекаря или просто отправиться путешествовать по миру. Что бы это ни было, с этого момента вы не знаете нас, а мы никогда не встречались с вами. — Фэн Чживэй размахивала мешочком перед его лицом. — Покинув город, попросите кого-нибудь прислать письмо, я продам вам ваше сокровище обратно, чтобы сохранить репутацию вашей семьи на ближайшие сто лет и дать вам возможность сохранить целое тело после смерти. Что думаете?
Отрезать кому-то яйцо и продать его ему же обратно…
Неудачливый молодой господин Ли закатил глаза и был готов упасть в обморок, но его голова тут же прояснилась от сильной пощечины Фэн Чживэй. Лицо мужчины сохраняло мертвенную бледность. На эти два дня он не взял с собой охрану, а потому был в невыгодном положении.
Даже если получится послать людей, чтобы убить этого мальчишку, возникнет множество вопросов. В тот момент, когда Ли откроет рот и заговорит о своих яйцах, новость распространится повсюду. Тогда не только его репутация будет разрушена, но и всей семьи Ли.
Несмотря ни на что, драгоценный шарик уже был потерян. Этого нельзя было изменить. Теперь это стало его слабым местом. Как бы мужчина ни скрывал этот факт, трудно утверждать, что об этом никто никогда не узнает.
У него нет другого выбора, кроме как немедленно покинуть город, чтобы найти этого знаменитого лекаря, выкупить свое яйцо и попытаться пришить на место.
— Сколько?.. — безжизненно спросил он.
— Недорого, — дружелюбно улыбнулась Фэн Чживэй. — Всего три тысячи таэлей[34] за хлопоты.
Три тысячи серебряных таэлей было не много, но и не мало. Такое количество денег отпрыски богатых семей обычно могли потратить без необходимости спрашивать старших. Чживэй подумала, что не должна быть слишком жадной, так что названная сумма была довольно скромной.
34
Таэль — серебряный слиток, равный по весу одному ляну (50 гр.). Поэтому таэль — то же, что и лян, когда речь идет о деньгах.