Сорванная поздней осенью медово-сладкая алая хурма, покрытая инеем первого снега. Ее подали в изящной ярко-красной пиале из фарфора Цзин Фэн, украшенной драгоценным нефритом и стеклом ручной работы. Один легкий укус, и освежающая прохлада разливалась по языку, оставляя тонкое послевкусие ароматной сладости. Этот фрукт был ледяным бальзамом, что спасал от иссушающего жара.
Какая жалость… Все это было как будто целую жизнь назад…
Фэн Чживэй зачарованно застыла на месте, уставившись в одну точку. Но в конце концов она издала слабый вздох и сосредоточилась на медленных взмахах метлы, сметая снег с дорожек в небольшой пруд.
Холодная ручка метлы покрылась инеем. Обычные люди не прикоснулись бы к ней в мороз, но Фэн Чживэй лишь поудобнее взялась за нее, ощущая приятную прохладу.
В этот момент за спиной девушки раздался звон нефритовых поясных подвесок, и вслед за ним воздух наполнился тяжелым ароматом духов. Фэн Чживэй продолжала работать, мягко шурша метлой. С каждым взмахом снег взлетал, искрясь, словно жемчуг, а затем снова оседал на землю.
— О, а это разве не наша юная госпожа Фэн? — В холоде морозного утра раздался женский голос с оттенком презрительного снисхождения. — Что ты делаешь здесь так рано?
— Как видите, — Фэн Чживэй обернулась, взмахнув метлой, — подметаю снег.
— Это ведь работа для слуг, как может благородная, драгоценная племянница нашей семьи заниматься подобным? — Произнесла девушка лет двадцати с модным этой зимой в столице макияжем — Фэйечжуан: уголки глаз слегка приподняты, а щеки покрыты серебристо-красными румянами. — Если бы твой дядя узнал об этом, боюсь представить, как бы он расстроился!
Фэн Чживэй улыбнулась и опустила глаза.
— У дяди всегда столько дел, как я могу беспокоить его по мелочам? Достаточно и того, что Пятая тетя[12] заботится обо мне.
— И то правда. Твой дядя является и главнокомандующим Пяти армий, и единолично управляет стражей Фэйин [13]. Он один из самых уважаемых генералов империи Тянынэн. У него нет времени заниматься домашними делами. Хорошо, что ты это понимаешь. Твоя Пятая тетя, разумеется, позаботится о тебе.
Пятая тетя была пятой наложницей дяди Фэн Чживэй со стороны матери и давно потеряла благосклонность мужа. Сейчас эта женщина довольно смотрела на полную покорности Фэн Чживэй и думала: «У этой девчонки такой покладистый характер, словно она совершенно безвольна. Трудно представить, что моя бессовестная золовка могла родить такую нежную дочь».
— Тетя, почему вы здесь одна? — спросила Фэн Чживэй, отступая в сторону. Она смиренно встала в уважительную позу с чуть наклоненной спиной и даже опустила слово «пятая».
Тетя осталась в восторге. Она постучала по губам длинным алым ногтем, и ее прекрасные глаза заблестели. Женщина весело ответила:
— Поговаривают, что в поместье прибыли важные люди, и мне, возможно, придется им прислуживать… Ай, хватит задавать вопросы.
Фэн Чживэй смотрела вниз с непроницаемым выражением… В империи Тяньшэн были очень свободные нравы, а члены императорской семьи и министры всегда отличались особой распущенностью. Для них обмен красивыми женщинами и дарение наложниц — вполне обычное дело. В поместье Цю обитало много наложниц.
Пятая тетя была еще молода, но скучала в одиночестве, потому что дядя Чживэй охладел к ней. Сегодня она принарядилась и собиралась тихонько пробраться в главный двор. Вероятно, тетя услышала, что пришел какой-то знатный господин, и планировала «случайно столкнуться» с ним. Может быть, так она сможет восстановить свой статус или даже изменить свою судьбу.
Фэн Чживэй только не знала, кем был тот бедолага, на которого охотилась Пятая тетя.
— Неужели никто не будет прислуживать вам, тетя? — Фэн Чживэй отставила метлу и взяла женщину за руку. — Позвольте мне пойти с вами.
— Нет! У тебя грязные руки! — вскрикнула Пятая тетя и оттолкнула Фэн Чживэй, презрительно уставившись на оледеневшие пальцы девушки. Она перевела взгляд с рук Чживэй на ее нездорово покрасневшее лицо и отступила на шаг, как будто находилась рядом с тяжелобольным человеком.
Фэн Чживэй смиренно улыбнулась и спрятала руки в рукава.
— Тебе уже пятнадцать, пора прекратить постоянно сидеть на заднем дворе[14]. — Пятая тетя остановилась у сугроба и взглянула на Фэн Чживэй. — На днях я поговорю с Госпожой[15], чтобы она подыскала тебе мужа. Ты знакома с сыном управляющего главным двором Лю? Мне кажется, он неплохой вариант.
Да, действительно неплохой: даже после целых пяти лет в частной школе он так и не смог выучить «Троесловие»[16]
14
Задний двор — женская половина дома, где живут жена и наложницы с детьми. Наложницам и незамужним девушкам зачастую запрещалось покидать его и приходить в главный двор — мужнину половину.