Проблема в том, что я действительно мертв. И мертв уже долгое время. Согласно концепции о пяти стадиях горя, а именно отрицании, гневе, торге, депрессии и принятии, я достиг самой последней из них, как и Ян Кэ.
Посмотрите сами: шесть часов утра, небо еще не просветлело. Ян Кэ, как и прежде, проснулся в самую рань, но не вышел на утреннюю пробежку. С тех пор как я умер, Ян Кэ не только оставил привычку бегать по утрам, ему даже бриться стало лень. Хоть теперь он и выглядел так, словно постарел лет на десять, привлекательности он не утратил. Наблюдая за тем, как он чистил зубы и умывался, а после переодевался в выглаженный костюм и зашнуровывал начищенные до блеска кожаные ботинки, мне так хотелось подойти к нему и подать какой-нибудь знак, что я здесь, но, увы, как бы я ни старался, все было без толку. Он не слышал и не видел меня.
Пока он завязывал шнурки, я подумал: почему я таскаюсь за ним днями напролет, словно преследователь? Если у меня есть совесть, то я должен был хотя бы вернуться домой и проведать родителей. Знаете, моя мама совсем недавно перенесла операцию, и хоть я и знал, что рака у нее не было и она уже наверняка поправилась, все равно мне надо было хоть одним глазком взглянуть на нее. Странно, что я не мог отойти от Ян Кэ, будто некая сила удерживала меня на месте.
У меня оставалось еще много вопросов, на которые я не мог ответить. Например, кто проник в дом Ян Кэ тем вечером? Что в итоге засняла камера, которую он установил? Ответов я так и не получил. Ян Кэ, похоже, это не беспокоило. Он совершенно не проявлял инициативу, чтобы разузнать, что к чему, будто бы ничего и не произошло.
Было еще кое-что, что изводило меня днями и ночами. Я помнил, что после того, как У Сюн упал с лестницы и получил серьезную травму, он сообщил нам, что Х – это не отдельная личность, а символ, состоящий из четырех черт, группа из четырех человек. Х составляли два поколения. Первое поколение объединяло заведующего Хэ Фую, отца Ян Кэ Ян Сэня, некую девушку, имени которой У Сюн не знал, как и не знал того, кто был четвертым в этой группе. Второе поколение Х включало в себя самого У Сюна, Сяо[4] Цяо, Чжан Цици, а вот с четвертым участником ситуация повторилась: У Сюн так же понятия не имел, кто это. Связь они поддерживали по переписке, так что этим человеком мог оказаться как сотрудник больницы, так и некто за ее пределами.
Что же касается цели создания сообщества Х, У Сюн успел объяснить нам, что это была игра, однако большего он сказать не успел – его участь была предрешена. Оборвавшись на полуслове, У Сюн впал в кому. Позже Ян Кэ позвонил мне прямо на автограф-сессию Тай Пинчуаня и сказал, что у У Сюна образовалась гематома в продолговатом мозге и она давит на дыхательный центр. Он уже не мог дышать самостоятельно, поэтому его пришлось подключить к аппарату ИВЛ. Ну а потом Ян Кэ лично застал меня врасплох на мероприятии. Чтобы успеть на помощь к Лу Сусу, я не стал с ним препираться, а просто развернулся и убежал.
Но, судя по моим наблюдениям, Ян Кэ, похоже, не злился на меня за то, что я скрывал от него свою вторую личность. Он просто каждый день ходил на работу, как зомби, и у него не было даже получаса свободного времени.
По дороге в больницу я сидел на пассажирском сиденье. Ян Кэ вел машину с каменным лицом. Когда мы доехали до светофора на перекрестке, он включил песню Рональда Чэна «Супергерой». Во время нашей поездки в Маншань он тоже ставил эту песню, вернее, ее кантонскую версию под названием «Быть смелым» – заглавную тему из фильма «Моя счастливая звезда». Но как только песня началась, у Ян Кэ зазвонил телефон. Поскольку он был за рулем, Ян Кэ ответил через гарнитуру:
– Алло? Заместитель Цзи? Бывший пациент Чэнь Путяня? Хорошо, я еду, скоро буду в больнице.
Мой бывший пациент? Увиденное заставило меня нервно задуматься: с чего бы заместителю главного врача вдруг звонить Ян Кэ, чтобы обсуждать с ним мои дела? Может ли быть такое, что на меня пожаловался пациент? Это слишком жестоко. Я уже столько времени мертв, а от меня все никак не могут отцепиться.
С другой стороны, бывало и так, что некоторые приходившие в больницу Циншань близкие пациентов подавали жалобы на врачей после свиданий с больными. Они говорили: мол, вы пичкаете нашего родственника лекарствами без разбору, а он с них тупеет. На самом деле у лекарств, которые дают в отделении психиатрии, довольно много побочек. Чаще всего они могут вызывать расстройства ЖКТ, тошноту, рвоту, нарушения сна, головные боли. В серьезных случаях они могут привести к нейролептическому паркинсонизму[5], острой дистонии, поздней дискинезии[6] и т. д. Однако после прекращения приема препаратов все побочные эффекты постепенно исчезают. Некоторые люди утверждают, что есть такие болезни, симптомы которых ухудшаются перед выздоровлением больного, и в этом есть доля правды. Но важно отметить, что наличие побочных эффектов вовсе не подразумевает остановку приема лекарств. Необходимо подобрать подходящий препарат, скорректировать дозировку и следовать предписаниям врача.
4
Китайский уменьшительно-ласкательный префикс, использующийся при обращении к младшему по возрасту человеку или к тому, кто занимает менее значительную должность. –