– Есть. – Встав, Мимура слегка разрядил напряженную атмосферу словами: – Конечно, ситуация хуже не придумаешь, но единственное, в чем нам повезло, – это то, что второй инцидент произошел в Яматэ. Там командует Накадзава.
– Разве он не в Корее?
– Он вроде бы оставил там жену и ребенка, а сам вернулся в Японию.
Получив приказ от L1, Ёити Накадзава выбежал из полицейского участка.
За отдых с семьей детективу обычно приходится потом расплачиваться. Они с женой решили вместе съездить в Сеул, куда жене всегда хотелось попасть, и он под неодобрительные взгляды начальства и коллег решился взять отпуск. Они покатались на американских горках в парке аттракционов «Лоттэ Уорлд» и вечером от души поели барбекю в мясном ресторане в Мёндоне. А когда вернулись в гостиницу, его ждало «письмо счастья»: «Прошу связаться со мной как можно скорее».
Примерно в двухстах метрах от дома Кидзимы он вышел из машины, которой управлял его подчиненный, и вместе с другим подчиненным из отдела по расследованию уголовных преступлений, Такааки Сэндзаки, направился на первую встречу с пострадавшим.
Как это обычно бывает в городских особняках, резиденцию Кидзимы отделяли от дороги высокая стена и гараж. Поднявшись по обнаружившейся с краю узкой каменной лестнице, они увидели белую железную дверь. Накадзава позвонил в домофон и представился: «Это Сакума».
Открыв дверь, они с Сэндзаки увидели, что прямо за парковкой расстилался газон, клумбу украшали яркие цикламены, анютины глазки и цинерарии, а у большого окна гостиной цвела белыми цветами камелия.
В 14:39, через двенадцать минут после получения приказа, уполномоченные детективы Накадзава и Сэндзаки вошли в дом Кидзимы и кратко представились Сигэру, Токо и домработнице. Сразу после этого они перетащили в гостиную телефон, который стоял в прихожей рядом с винтовой лестницей, и установили простенький диктофон. По крайней мере, теперь будет возможность записать голос преступника до прибытия следователей из спецгруппы префектурного управления полиции с полноценным оборудованием.
Затем Накадзава попросил хозяев написать в NTT[6] заявление с согласием на отслеживание входящих звонков. Несмотря на то что на карту поставлены человеческие жизни, операторы связи должны точно знать, подпадает ли отслеживание источника звонка под категорию экстренной ситуации в соответствии со статьей 37 Уголовного кодекса. Для этого необходима подписанная родственниками жертвы форма согласия. Следователь приезжает на мотоцикле из передового опорного пункта, расположенного в соседнем частном доме, забирает подписанную форму согласия и передает ее группе отслеживания звонков, ожидающей в офисе NTT.
После этого Накадзава и Сэндзаки зафиксировали двумя видеокамерами сто миллионов иен, предназначенных для выкупа. Требование преступника подготовить старые купюры было своего рода уловкой, так как новые купюры имеют последовательные серийные номера и их проще отследить.
В любом случае первая встреча с пострадавшими – это гонка со временем. Стрелки часов, висевших в тридцатиметровой гостиной, приближались к 15:00 – часу, указанному преступником.
В 14:51 директор Мимура в свою очередь навестил пострадавших с двумя сотрудниками – женщиной-детективом из Первого следственного отдела, занимающейся половыми преступлениями, и инженером связи. По сравнению с группой полицейских из шести человек, пришедших в дом семьи Татибана в Ацуги, здесь людей было значительно меньше. У них даже не хватило времени замаскироваться.
Чтобы преступники не услышали звук работающего оборудования, на стеклянный стол в гостиной постелили одеяло, а на него уже поставили устройство автоматической записи звука размером в лист бумаги А3. Хотя к телефону уже был подключен кассетный магнитофон, это устройство автоматически передавало запись разговора по радиоканалу.
Одеяло постелили и на стол в соседней столовой; на него установили радиостанцию для передачи команд – коробку с ручным микрофоном на спиральном шнуре. Все следователи вставили в уши беспроводные наушники и приготовились принимать команды через них. Не хватало только, чтобы в доме жертвы раздались команды по громкой связи и преступник бы их услышал.
Мимура позвал своего старого друга Накадзаву в прихожую.
– Ну как, отдохнуть получилось?
– Да. Но было бы лучше, если б все это происходило в Сеуле.
Тряхнув своей благородной серебристой шевелюрой и рассмеявшись, Мимура понизил голос:
– Думаю, ты понимаешь, что нам не хватает людей.
– Ацуги собирается шевелиться?