Пока они с О Ёнсиком болтали, церемония уже была в самом разгаре. Внутри комната была оформлена как алтарь – он был завален фруктами и другими подношениями, – а рядом с ним, на более миниатюрном столике, стояли бутылки с макколли[54] и рисовым вином с Чечжудо, а также лежали шаманские атрибуты: клинок, веер, колокольчики. К алтарю подошли музыканты с хэгымом[55], барабаном чангу и чином[56] на плечах, за ними внутрь вошел одетый в белое Ли Хвенам с повязанной вокруг головы белой лентой[57]. Кан Тэсу с О Ёнсиком немного понаблюдали снаружи, а потом шагнули обратно во двор. Сонхо держался поодаль.
– Кто это тут у нас?
Из противоположной от алтаря комнаты вышел Ё Тоюн с видеокамерой на плече.
– А шаманка Ёнхва, о которой сегодня говорят, – это случайно не пропавшая Ко Хичжон? И для справки: я собирался вам позвонить.
– То есть вы снимаете происходящее на камеру из-за исследования? – уточнил О Ёнсик.
– В исследованиях, посвященных народной культуре, кут занимает центральное место, так что я никак не мог такое пропустить, – ответил Ё Тоюн, попутно проверяя, включена ли камера. – От ассоциации фольклористов мне поступила информация о том, что сегодня проводится кут очищения, поэтому я прибежал сюда уже на рассвете и смог заснять даже процесс подготовки.
– Как удачно получилось. Если честно, мы собирались снимать происходящее на телефон, поскольку за сегодняшней церемонией может наблюдать наш подозреваемый. Потом отправьте нам видео, пожалуйста. Будем очень признательны.
– Хорошо, отправлю.
Наконец подготовка была завершена, и возле алтаря развернулся ритуал. Музыканты заиграли на тэгыме[58], чангу и чине, а Ли Хвенам одновременно с ними завел грустную шаманскую песню.
– Пойдем же, пойдем же, пойдем же за омовением на гору Ёнсан. Вслед за духами деревьев, духами неба, пойдем и мы за омовением на гору Ёнсан.
Исполняя песню, мужчина энергично танцевал, а затем вышел в центр дома и громко закричал:
– Приди к нам, наша бодхисатва[59] Ёнхва, где же ты? Мы ведь для тебя проводим кут большой и вслед за духами расчищаем путь! Или ты все же уехала в Сеул официально обучаться шаманским обрядам, о чем так часто говорила? Нет же, нет же, ты ушла по ту сторону, так и не став великой шаманкой. Ох-ох-ох.
В следующее мгновение открылась дверь и вышла девушка в аккуратном белом одеянии. Стройная фигура, завязанные в хвост волосы, раскосые глаза, симметрично расположенные на худом лице, острый нос и маленькие губы. Светлая кожа и утонченные черты лица гармонировали друг с другом. От нее будто бы исходил тонкий аромат нежных цветков белоснежной лилии. На вид ей было около тридцати.
– Ох, а вот, Ёнхва, и сестра твоя младшенькая.
Тут и там слышались голоса жителей окрестных районов, что группками окружили место проведения ритуала и усердно возносили молитвы.
Ли Хвенам взял в руки благовония и зажег огонь, подзывая девушку занять место в центре. Действо продолжилось во дворе. Слева от музыкантов на простеньком столике для подношений лежали фрукты и шаманские атрибуты. Сверкало острое лезвие клинка.
Церемония быстро достигла пика – и вот во дворе развернулся ритуал развязывания узлов. Белую ткань несколькими узлами привязали к находящемуся в центре стволу дерева, и Ли Хвинам велел младшей сестре Ёнхвы распускать узлы, чтобы снять ее. Кан Тэсу тайком спросил О Ёнсика:
– Ты узнал? Девушка, которая сегодня будет принимать душу, кто она такая?
– Ё Тоюн же уже говорил – это младшая сестра Ко Хичжон, она как раз направлялась в Мокпхо и по дороге заехала на Самбо.
– И вот в нее, значит, душа вселится? Как-то странновато девушка выглядит; чем она вообще занимается?
– Это мне пока неизвестно.
Сонхо стоял поодаль со сложенными на груди руками рядом с главными воротами. Человеку, специализирующемуся на психологии и криминалистике, способ узнать что-либо через подобного рода ритуалы казался максимально сомнительным. Тем не менее ранее ему уже приходилось наблюдать такое в США. Даже следователи ФБР пытались благодаря медиумам узнать, кто является преступником или где брошен труп, – прецеденты были.
– Ох, боже, они и ёндонмари проводят.
Сонхо услышал слова людей вокруг и тут же подошел поближе к снимающему их лица Ё Тоюну.
– Что такое ёндонмари?
– Я уже рассказывал: одежду покойного завязывают узлами и кладут в центр, а затем проводят ритуал изгнания духа под названием «исыль тхольги», или «очищение росой». Мочат веничек в воде и смахивают им темную энергию. Правда, сегодня кут очищения совершенно не удался.
54
Макколли – корейский национальный легкоалкогольный напиток молочного цвета на основе смешанного с водой и в этом виде ферментированного вареного риса. –
56
Чин – традиционный музыкальный инструмент, одна из вариаций гонга; используется во время шаманских, буддийских, военных и иных церемоний, чтобы задать нужный ритм.
59
Бодхисатва – в буддизме лицо, достигшее значительного прогресса на пути к просветлению. –