Думаю, это верно и в отношении родителей.
Даже когда они произносят вслух слова «неужели мой ребенок…» и тому подобное, они в глубине души вспоминают разные настораживающие моменты в прошлом, и в итоге им приходятся смириться с этой мыслью: «Ну вот, этот день все-таки настал».
Все это так, но мы не можем про нашу дочь вспомнить ничего подобного. Поэтому и не можем это принять. Да, это правда, дочь солгала, что ее мать при смерти, и куда-то уехала. Нам звонили с ее работы, ну и полиция тоже об этом спрашивала.
Но это не значит, что можно связывать нашу дочь с убийством. Я говорю это не из-за любви к дочери и не из эгоистических соображений. В жизни Мики не было ничего, что могло бы подтолкнуть ее к преступлению. Поэтому я и рассказываю вам все это.
…Рассказать о пожаре в святилище Мёдзин-сама?
– Так они тебе и об этом наболтали? Что за радость людям рассказывать всяким подозрительным типам о давних проделках детей?
Ну да, был пожар, но Мики ничего не поджигала. Любой из нас в детстве хотя бы раз играл с огнем, правда? Просто не повезло. Так случилось, что пламя разгорелось, а люди из этого целую историю раздувают.
Наверняка это госпожа Яцука или кто-то еще наговорил тебе про «ритуал наведения порчи»? И когда только успели! Эта женщина любую мелочь в пятьсот раз раздует до небес, лишь бы к себе внимание привлечь. Наверное, она тебе еще сказала, что ее дочь – стюардесса? Ну-ну, неужели сейчас проводников в синкансэне[50] тоже называют «стюардессами»?
Надеюсь, ты бредней бабушки Мацуды не наслушался? Что глаза отводишь? Небось собираешься в статье использовать слова этой старухи, не сообщая, что у нее когнитивное расстройство? Это ж еще хуже фальсификации.
Если пожар можно связать с убийством, тогда получится, что вообще все люди – преступники. К тому же тогда ее подбила дочка Танимуры. Разумеется, с ней ты тоже уже встретился, да? Сразу, наверное, понял, что она не в себе?
А, теперь я поняла, как ты свои статейки клепаешь! То, что говорят нормальные люди, пропускаешь мимо ушей, собираешь только бредни всяких сумасшедших, а потом переделываешь их так, чтобы любому дураку было занятно читать.
Дорогой, бесполезно с таким человеком разговаривать. Он же не будет публиковать наши разумные объяснения. Давай попросим его уйти.
Что еще? Последний вопрос? Ладно, давай. Хотя нам тебе больше нечего сказать.
…Что-о-о? «Что сейчас с той женщиной из бара “Белый снег”»?!
– Черт, я обжегся! Сацуки, успокойся!
Господин Акахоси, вы хотите сказать, что это как-то связано с нынешним делом? Я давно расстался с ней, стал другим человеком, не делаю ничего предосудительного.
Похожа ли она на жертву этого преступления? Как вам сказать… Нет, совсем не похожа. Да, кожа у нее была белой, но она не была такой красавицей. Надеюсь, ее фотографию вы не раздобыли?
– А я говорю – она вылитая копия!
И как я сразу не заметила, когда смотрела телевизор? Может быть, Мики увидела в своей коллеге ту женщину…
С другой стороны, Мики же проработала вместе с ней три года. Если бы она видела в ней ту женщину, наверняка раньше появились бы какие-то признаки. А в статье никаких свидетельств этого нет!
Поняла! Мыло!
Она с самого начала работы присылала нам мыло. Сначала оно называлось «Платье из перьев». «Белым снегом» оно стало называться, кажется, чуть больше года назад.
А, теперь все ясно! Из-за этого нового названия мыла Мики вспомнила о женщине из бара «Белый снег», заметила, что коллега на нее похожа, и день за днем ее неприязнь становилась все сильнее. И если в таком состоянии с ней обошлись несправедливо, то даже она могла…
Наверное, так все и было. Если бы я была на месте Мики, то, думаю, тоже могла бы сорваться – мне достаточно просто представить такое.
Сама Мики никогда об этом не говорила, но она с самого детства, наверное, страдала из-за супружеских измен отца. «Не было признаков этого»?! Да брось ты! Она просто все время держала все в себе, старалась, чтобы никто не заметил, как ей было тяжело. Мы, родители, которые должны были лучше всех ее понимать, заставляли ребенка скрывать свои страдания ради нас.
Бедная Мики!
Это все из-за тебя!
– Из-за меня? Это – моя вина? …Да, это – моя вина.
…Простите меня!
То, что дочь стала убийцей, – моя вина. Если нужно кого-то винить – вините меня.
50
Синкансэн (新幹線) – название специальных линий для высокоскоростных поездов, соединяющих крупные города страны, а также самих поездов.