«Ой, бля! Одну вещь забыл. Товарищ капитан второго ранга, сходите ко мне в каюту, там в тумбочке пачка презервативов!»
Замполит удивленно смотрит на доктора: «Гондоны? На подводной лодке? Мы же в порты не заходим! Или вы что тут втихую…»
«Да несите их сюда, сейчас увидите, что к чему!»
Возвращается замполит с пачкой презервативов. Пахомов уже не стерильный, хоть все еще в перчатках — после «сервировки» он уже хватался за что попало. Он стягивает перчатки и достает два презерватива. Разворачивает и вкладывает один в один. Потом срезает «носик» — спермоприемник. Достает резиновый катетер[8] и капельницу. Соединяет их в одну длинную трубку и опускает ее в градуированную банку под столом. Катетер продевает через презервативы и засовывает себе в член, по трубке начинает бежать моча. «Так, эту золотую жидкость мы мерить будем, сколько когда натекло. Без катетера, боюсь, что мне будет не проссаться после операции. Вообще-то его туда стерильным надо пихать, ну да ладно — уретрит[9] не самое худшее в нашем деле. Пойдет и так». Презервативы плотно надеваются на член и фиксируются пластырем к коже и катетеру. Получается герметичная манжета — о катетере можно забыть на время операции. Опорожненный мочевой пузырь, сжавшись, что-то сдвинул в брюхе, и боль резко усилилась. Черт, с трубкой в мочевике, с капельницей в ноге и сильными болями в животе уже совсем не побегаешь. А-ля хирург-паралитик.
Дальше Пахомов велит поднести ему банку от капельницы. Заранее заготовлен шприц с лошадиной дозой мощного антибиотика широкого спектра действия[10]. Такого при нормальной операции не надо. Это так, подстраховка на всякий случай, операция-то совсем ненормальная. Харакири, а не операция. Кто за что тут поручиться может! Поэтому пойдет антибиотик внутривенно-капельно — береженого Бог бережет.
«Ну все, ребята, идите ручки щеткой под краном помойте. Пять минут на ручку. Хватило бы и двух, но опять же, подстрахуемся. Помылись — теперь руки в таз с первомуром, квасим кисти секунд тридцать, а затем начинаем поливать раствором руку от самого локтевого сгиба. Отлично! Мокрые руки держать вверх. Да не так, твою мать! Чо ты их держишь, как немец под Сталинградом? Вверх, но перед собой. Ничего не касаясь, ко мне!» Пахомов корцангом выдает стерильные полотенца, что заблаговременно положил на столик с хирургическим инструментом. Хоть и наставлял, что надо начинать сушить с пальцев, а уж потом все остальное и на кисть больше не возвращаться, не получается у них. Вытирают, как тряпкой солидол после работы. В любой хирургии заставили бы перемываться. Но нам пойдет, лучшего от такой «профессуры» не дождешься.
Теперь халаты. Пахомов берет в свою руку шарик со спиртом — намоченный марлевый комочек. Вроде тоже общие правила нарушает. Разворачивает халат лицом к себе, просит механика просунуть туда руки. Руки просовываются и тыкаются в нестерильное тело голого Пахомова. «Так, ты расстерилизовался. На тебе шарик со спиртом — тщательно три руки и держи их перед собой». Опять же по-нормальному и руки перемыть надо, и халат сменить. Да ну его — болит сильно. Побыстрей бы уже. Повар точь-в-точь повторяет ошибку боцмана. Ну и тебе спирт на руки. Готово.
«Так, дай мне вон тот разрезанный целлофановый кулек. Я его себе на грудь до шеи пластырем налеплю вместо фартука. Теперь меня повторно моем. Замполит, неси тазик!» Полулежа, Пахомов отмыл руки, без всяких церемоний схватил стерильное полотенце, высушил первомур. Взял халат со столика, просунул руки — замполит, завязывай тесемки сзади. Халат подогнул до солнечного сплетения. Дальше халат не нужен — на половине тела доктор кончается и начинается больной.
«Опять спирт на руки, надеваем перчатки». Вначале доктор натянул свои, затем помог ассистентам. Ну, и снова спирт. «Спирт — наше спасение, даже если и не вовнутрь. Вроде бы есть возражения? Вовнутрь будет после снятия швов. Замполит, поддерживаете? Ну, если даже замполит поддерживает — тогда точно будет. И снятие швов, и спирт. Красимся! — Пахомов начинает густо мазать свой живот йодом. — Вот и чуть подсохло. Теперь давай простыню, будем операционное поле накрывать. Ты что, дурак, делаешь?! Зачем ты это говно с пола поднял?! Не эту простыню надо. Ну-ка возьми спирт на руки два раза, а нагибаться в операционной имеет право один замполит. Всем стоять, как будто ломов наглотались! Руки до яиц не опускать!
8
Специальная трубка, которую засовывают через мочеиспускательный канал прямо в пузырь для того, чтобы выпустить мочу.