Аннотация

Меры жесткой экономии, лозунг ортодоксальных экономистов, похоже, скорее усугубляют проблемы, чем решают их, настолько, что критики утверждают, что они не работают. Однако, если мы изучим их истоки и историю, станет ясно, что это оплот капитализма, защищаемый либеральными экономистами любой ценой: даже путем союза с фашизмом и поддержки авторитарной политики. Жесткая экономия — это не нечто новое и не продукт так называемой неолиберальной эпохи, начавшейся в конце 1970-х годов. Более века правительства, находящиеся в состоянии финансового кризиса, проводили политику жесткой экономии, а именно сокращение социальных выплат (школы, здравоохранение и т. д.), приватизацию, регрессивное налогообложение, дефляцию, подавление заработной платы и дерегулирование рынка труда. Эта политика успокаивает кредиторов, но производит разрушительные социальные последствия. Сегодня, когда жесткая экономия продолжает господствовать, крайне важно задать вопрос: а что, если сбалансированный бюджет никогда и не был целью? Экономист Клара Э. Маттеи исследует истоки политики жесткой экономии, чтобы выявить ее скрытые мотивы: защиту капитализма от экзистенциального кризиса и противодействие массовым протестам, подрывавшим его основы. Политика жесткой экономии в том виде, в котором мы ее знаем сегодня, возникла после Первой мировой войны. Во времена неконтролируемой инфляции и беспрецедентных демократических восстаний по всей Европе экономистам пришлось использовать свои самые мощные инструменты для сохранения того, что, по их мнению, должно было оставаться статус-кво. Жесткая экономия была инструментом, который они считали наиболее эффективным: она работала — и до сих пор работает — для поддержания беспрепятственного существования капитализма и подавления любых проявлений социальных изменений. На основе изучения ранее неопубликованных исторических источников автор проводит сравнительный анализ Италии и Великобритании в 1920-х годах, чтобы показать, как экономисты в правительстве использовали рычаги государственной политики, чтобы склонить всех граждан к стремлению к частному производству, даже ценой глубоких личных жертв со стороны большинства. Несмотря на идеологические различия, фашистские и либеральные экономисты работали вместе как хранители экономической науки, которая, несмотря на свою предполагаемую чистоту, имела своей внутренней практической целью «обучение» граждан потреблять меньше и производить больше. Возникший фашистский режим предоставил этим профессорам уникальную возможность: формировать общество в соответствии с идеалами своих образцов для подражания.