Разные вещи привлекали мое внимание, но я проходил мимо, надеясь, что смогу рассмотреть все позже. Вдруг, словно за густым лесом, неожиданно раскинулось открытое поле, передо мной возникло просторное, свободное пространство. Весь выставочный зал охватывала угловая сцена. Из ее каркаса торчали металлические трубы, и было видно, что конструкция — временная, собранная специально для турнира, но размеры сцены оказались такими огромными, что я невольно вспомнил легенду о храме Киёмидзу-дэра[3]. Наверху, на металлических конструкциях, напоминающих лестницы, висело множество софитов, а перед ними, на белом занавесе, обращенном к зрителям, готическим шрифтом было написано: «Пятый конкурс бариста региона Кансай». Эта сдержанная надпись словно подчеркивала серьезность мероприятия. В центре сцены, где располагалась подготовленная для конкурса U-образная стойка, сотрудница с электрической кофемолкой в руках ходила из стороны в сторону, тщательно все проверяя. Неподалеку, в зале, скрестив руки на груди, стояла женщина лет сорока и раздавала указания. Сразу видно, что она была организатором.
Михоси решила, что лучше ее не прерывать. Поколебавшись, девушка подождала, пока женщина закончит, после чего робко окликнула ее сзади:
— Э-э-эм, извините, мне сказали подойти сюда сегодня…
Прежде чем она успела закончить фразу, женщина повернулась к нам лицом. Увидев Михоси, она широко улыбнулась:
— Вы бариста Кирима Михоси, не так ли? Мы ждали вас. Добро пожаловать на КБК!
Даже улыбаясь, она приподнимала брови, что придавало ее лицу твердое, решительное выражение. На ней была черная футболка с длинными рукавами и юбка с цветочным принтом длиной по щиколотку. Угольно-черные волосы казались окрашенными, настолько глубоким был их цвет, а прическа с зачесанной наверх челкой была свойственна женщинам ее возраста и подчеркивала женственность.
— Меня зовут Уэока Кадзуми, я председатель конкурсной комиссии. Приятно познакомиться.
Михоси обеими руками сжала протянутую ей руку:
— Кирима Михоси. Мне тоже приятно с вами познакомиться!
Вряд ли они встречались на отборочном этапе. Уэока, похоже, узнала Михоси по фотографии из буклета. Убрав руку, она взглянула на наручные часы:
— Ах, уже пора! Все наверняка уже собрались…
До начала сбора в три часа оставалось еще немного времени. Они не могли начать репетицию, пока не будет установлена сцена, поэтому, вероятно, планировали закончить к этому моменту.
— Пожалуйста, располагайтесь и немного подождите. Я позову вас, когда мы будем готовы к репетиции, — сказала Уэока, указывая на зрительские места, а затем повернулась обратно к сцене и продолжила раздавать указания.
В зале стояло около двухсот складных стульев. Подобно морю, расступившемуся перед Моисеем, они были расставлены, образуя проход ровно посередине. Проходя там, я огляделся и заметил несколько человек, сидящих в разных уголках зала. Раньше я их не встречал, но видел в брошюре. Они как будто не замечали нашего присутствия, но я чувствовал, что они рассматривали Михоси — следили за новой соперницей. Мы не собирались проигрывать. Я нахмурился и взглянул на край зала. На краешке стула нога на ногу сидела девушка, скрестив руки, а рядом с ней…
— Меня зовут Мокава Матадзи, и вот что я вам скажу. Хоть в этот раз я не участвую в соревновании, но эта бариста Михоси, можно сказать, мое собственное детище…
Какая неожиданность! Мокава уже устроился на стуле рядом с девушкой и завел разговор. И разве это не та самая «какая-то Саэко-тян», о которой он проговорился?
Я тронул Михоси за локоть, показывая на них.
Она сперва схватилась за голову, а затем направилась к Мокаве. И, подобно кошке, берущей своего котенка за загривок, потянула старика за волосы на затылке, подняла со стула, сама села на его место и улыбнулась:
— Здравствуйте. Меня зовут Кирима Михоси. Я работаю в кофейне «Талейран» в Киото. Очень приятно с вами познакомиться.
— З-здравствуйте… — девушка нервно дернула щекой, но ответила кивком на приветствие Михоси.
Ее волнистые каштановые волосы и проглядывающие сквозь них серьги с камнями подчеркивали яркую внешность, но в то же время говорили о сильном характере. Она выглядела старше нас, но, вероятно, ей еще не было тридцати.
Не дожидаясь, пока женщина представится, Михоси продолжила:
— Вы Маюдзуми Саэко, верно? Победительница прошлого КБК.
Тут девушка широко раскрыла глаза, которые и так казались большими благодаря яркому макияжу.
3
Легенда о сцене в храме Киёмидзу-дэра — история о человеке, спрыгнувшем с большой сцены в храме Киёмидзу-дэра, стоявшем на возвышении. Человек помолился богине Каннон и спрыгнул вниз. Если бы он остался невредим, его желание бы исполнилось, а если нет, то он попал бы в рай, продемонстрировав веру и отсутствие страха перед смертью.