Вскоре началась жизнь Тоёдзиро в Эдо, которая, как ни посмотри, была чудесна: стирка, уборка и растопка бани ничем не отличались от работы в поле, а вот возможность есть белый рис[2], спать на мягком хлопковом футоне и помыться, пускай даже после всех[3], поистине казалась мечтой. На вырученные деньги он познавал соблазны шумных кварталов развлечений.
– Почему вы выбрали меня? – осмелился спросить Тоёдзиро спустя целых три месяца, проведённых в Эдо.
– Увидел в тебе себя, – проникновенно ответил Якуро.
Похоже, он представлял, как односельчане относились к Тоёдзиро. Он и сам не переносил их недоумевающие взгляды и обидные насмешки, когда сообщил о желании научиться владеть мечом. Вспоминая, как было тяжело ему, Якуро решил забрать с собой в столицу самого обделённого.
– К тому же в тебе что-то есть, – добавил он, заставив Тоёдзиро задуматься.
– «Что-то» – это что?
– Не знаю. Может быть, мне просто показалось. В любом случае не отлынивай от работы.
Якуро попытался уклониться от ответа, но юношу, жившего в своё удовольствие, это никак не смутило.
Пролетело два года, Тоёдзиро исполнилось шестнадцать.
Он довольно быстро привык к работе и в свободное время начал заглядывать в додзё. Поначалу ему было интересно, что за школу владения мечом основал его благодетель. К тому же его кое-что волновало.
«Что это?»
Ему чудилось, что из спин мужчин, усердно занимавшихся фехтованием, поднимается «нечто»: незримое для глаза, но явственно ощущаемое сердцем. У одних оно казалось тонким и слабым, у других, напротив, извергалось с яростной силой. А «нечто» Якуро превосходило остальные – крупнее, острее и мощнее.
– Неужели победа за Гондо? – изумлённо прошептал Тоёдзиро, наблюдая за додзё.
Он давно приметил, что исход поединка напрямую зависит от размера, остроты и силы «нечто».
– Почему ты так думаешь? – сзади раздался добродушный старческий голос.
– Почтенный наставник…
На пороге стоял Тосисада Окада, учитель Якуро, которого все обитатели додзё называли «почтенным наставником». Он иногда приходил понаблюдать за тренировками, поэтому был знаком Тоёдзиро.
– Напомни, как тебя звать?
– Тоёдзиро, – он низко поклонился, будто пытался извиниться за то, что тайком подглядывал в додзё.
– Ты, кажется, сказал, что господин Гондо победит.
– Я… Это… Я не хотел…
– Прекрати. Лучше скажи, почему ты так решил?
Под напором Тосисады Тоёдзиро робко начал говорить. В это время Гондо вырвал у соперника иппон[4].
– Что, думаешь, случится дальше?
– Ну… Господин Тада весьма силён.
– Но ведь он будет сражаться с Цуямой, – Тосисада удивлённо поднял брови.
Цуяма считался одним из самых сильных учеников в додзё, многие даже пророчили ему место наставника. Тада же в последнее время топтался на месте, а его умения в лучшем случае считались средними.
– Мне кажется, сегодня победит Тада. Почтенный наставник, простите меня за столь бредовые мысли…
– Я тоже так думаю.
– Что?
Возглас удивления Тоёдзиро слился с сухим стуком бамбукового меча, донёсшимся через решётку окна. Тада только что поразил до[5] Цуямы – удар был настолько точным, будто пронзил доспех насквозь.
– Сам не хочешь попробовать?
– Я?
Тоёдзиро считал, что проживёт жизнь, так и не прикоснувшись к мечу, поэтому сейчас не знал, что ответить.
– Так что?
– Хочу… попробовать.
– Что ж, попрошу Якуро заняться тобой.
Похлопав мальчишку по плечу, Тосисада скрылся в додзё. Как он и обещал, Якуро в этот же день разрешил Тоёдзиро обучаться фехтованию. Он впервые облачился в доспехи, впервые взял в руки бамбуковый меч. Увидев его неуклюжие движения, некоторые молодые ученики начали перешёптываться, напоминая Тоёдзиро о жителях родной деревни, которые над ним насмехались.
– Попробуй сразиться, – сказал Якуро, как только новоявленный ученик закончил надевать доспехи.
– П-прямо сейчас?
– Почтенный наставник так велел.
Тосисада всё еще сидел в додзё, довольно наблюдая за происходящим. Услышав, что Якуро говорит про него, старик улыбнулся и кивнул.
Противником поставили Таду, который, судя по всему, смог преодолеть свой предел и стремился стать сильнее, раз ему удалось одолеть Цуяму, которому не было равных в додзё. Так Тоёдзиро подсказывало чутьё.
«Смерти моей хотят».
Голову Тоёдзиро наполняли дурные мысли, ведь он никогда не учился фехтовать. Однако, отбросив все сомнения, он уверенно обхватил рукоятку бамбукового меча, подражая ученикам, усердно занимавшимся в додзё. Якуро хмыкнул и посмотрел на Тосисаду, тот снова кивнул.
3
И по сей день в Японии, даже в кругу семьи, принято принимать ванны, соблюдая иерархию: от старшего к младшему. Для экономии ресурсов вода не сливается, а обязательный предварительный душ и специальные устройства для поддержания температуры позволяют сохранить воду чистой и горячей.
4
Иппон – это чисто и технично проведённая атака, за которую в некоторых видах японских боевых искусств присуждается одно полноценное очко.