— А должно ли это быть убийством? Разве ты не мог просто… ну, не знаю… заманить его в какую-то ловушку или еще что-то?
— Возможно, но к тому времени я уже не был силен. Я не знаю, смог ли, даже будучи здоровым. И вообще, мне казалось более простым просто порешить его, как только я во всем убежусь. Это как прибить осу, прежде чем она тебя ужалит.
Я молчал, думал. Часы на стене показывал десять тридцать. Эл начал этот разговор, заметив, что выдержит до полночи, но мне достаточно было взглянуть на него, чтобы понять, что его ожидания были безответственно оптимистичными.
Я взял наши стаканы, отнес на кухню, помыл и поставил на сушилку для посуды. В моей голове гулял торнадо. Вместо засасывания коров, дров и кусков бумаги, этот торнадо бурлил именами: Ли Освальд, Боб Освальд, Марина Освальд, Эдвин Уокер, Фред Хемптон, Патти Херст. Выделялись в том водовороте акронимы: ДжФК, РФК, МЛК, СВА. Этот круговорот имел даже звуковое сопровождение, два русских слова, приговариваемые вновь и вновь по-северному низко и тягуче: «Походу, сука».
— Сколько времени на принятие решения? — спросил я.
— Недолго. Харчевня просуществует до конца месяца. Я говорил с юристом, думал выторговать еще немного времени — связать их каким-то иском или еще как-нибудь, — но юрист не видит в этом возможности. Видел когда-нибудь объявление в мебельных магазинах: «ЗАКАНЧИВАЕТСЯ АРЕНДА. ЗАКРЫВАЕМСЯ. РАСПРОДАЖА»?
— Конечно.
— В девяти случаях из десяти это всего лишь маркетинговый трюк, но тут как раз десятый вариант. И тут речь идет не о какой-то дешевой лавочке с долларовыми скидками, которая желает меня подвинуть. Я говорю о «Бин», а если взять розничную торговлю, то «Л.Л.Бин» — самая большая обезьяна в джунглях Мэна. Придешь первого июля, а харчевня пропала, как тот «Энрон»[91]. Да и это не самое страшное. До первого июля я могу уже пропасть. Могу подхватить простуду и в течение трех дней умру. Могу получить инфаркт или инсульт. Или убью себя этим проклятым оксиконтином случайно. Патронажная медсестра, которая посещает меня, каждый день спрашивает, осторожен ли я, не превышаю ли дозы, и я действительно осторожен, тем не менее, вижу, как она боится, что войдет какого-то утром и найдет меня мертвым, вероятно, благодаря тому, что я в обобдолбанном состоянии сбился со счета. Кроме того, эти пилюли ослабляют дыхание, а легкие у меня ни к черту. А напоследок я еще и похудел сильно.
— В самом деле? Я и не заметил.
— Никто не любит хитрожопых, дружище…когда доживешь до моего возраста, сам узнаешь. И чтобы не говорили, я хочу, чтобы ты вместе с тетрадью взял и это, — он подал мне ключ. — Это от харчевни. Если позвонишь по телефону мне завтра и услышишь от медсестрички, что ночью я отошел, тебе нужно действовать быстро. То есть, учитывая то, что ты вообще решишь действовать.
— Эл, ты же не планируешь…
— Только стараюсь обезопаситься. Так как это важно, Джейк. На мое усмотрение, это весит больше, чем что-нибудь другое. Если тебе когда-нибудь хотелось изменить этот мир, это твой шанс. Спасти Кеннеди, спасти его брата. Спасти Мартина Лютера Кинга. Остановить расовые бунты. Остановить Вьетнамскую войну, возможно. — Он наклонился ближе. — Лишишься одного подонка, друг, и ты спасешь миллионы жизней.
— Это, к черту, крутой маркетинговый ход, — сказал я, — но ключ мне не нужен. Когда завтра утром взойдет солнце, ты так же будешь находиться в нашем большом голубом автобусе[92].
— Вероятность девяносто пять процентов. Но это мало. Возьми этот чертов ключ.
Я взял тот чертов ключ, и положил себе в карман.
— Разрешу тебе немного отдохнуть.
— Еще одно, прежде чем ты уйдешь. Мне надо тебе рассказать о Каролин Пулен и Энди Каллеме. Садись вновь, Джейк. Это займет всего лишь несколько минут.
Я остался стоять.
— Нет-нет. Ты измучен. Тебе надо поспать.
— Высплюсь, когда умру. Садись.
После того, как он нашел то, что сам для себя назвал «кроличьей норой», начал Эл, он сначала собирался пользоваться ей для закупки продуктов, делая небольшие ставки у одного букмекера, которого он надыбал в Льюистоне[93], чтобы таким образом пополнять свой запас денежной наличности из пятидесятых. И еще он изредка, среди недели, устраивал себе пикники на озере Себаго[94], кишащем рыбой, которая была и вкусной, и полностью безопасной для употребления. Люди боялись осадков после испытаний атомных бомб, сказал он, но страх отравиться ртутью из-за зараженной рыбы все еще прятался где-то в будущем. Он называл эти вылазки (обычно во вторник на среду, хотя иногда он оставался там и до пятницы) своими мини-отпусками. Погода всегда была хорошей (так как всегда была той же самой) а рыбалка фантастической (вероятно, он вылавливал вновь и вновь одну и ту же рыбину).
91
«Enron Corporation» — газово-нефтяная и электроэнергетическая компания из Хьюстона, Техас, которая считалась чуть ли не самой эффективной в своей области; в 2001 году была разоблачена в махинациях с финансовыми отчетами и обанкротилась.
92
Идиома стабильности по названию основанной 1928 году в калифорнийском городе Санта-Моника автобусной компании «Big Blue Bus», так как считается символом надежности и комфорта.