С трудом найденная видеозапись показала: сбив Чонана, водитель проехал еще около ста метров, сделал короткую остановку и скрылся. Это означало, что авария произошла не из-за непроизвольного ускорения. Виновный остановился всего на десять секунд, но благодаря свету висевшего над ним фонаря его лицо, пусть и смутно, можно было разглядеть. Вцепившись в руль, тот сидел, словно застыв на месте. Возможно, те короткие десять секунд показались ему длиннее десяти часов. Он о чем-то размышлял – очевидно, осознавал, что сбил человека. А затем сбежал. Если бы водитель вышел из машины и помог Чонану, брат бы наверняка остался в живых. Однако он этого не сделал. На суде обвиняемый сквозь слезы говорил, что ощутил удар, но не понял, что наехал на человека. Это была явная ложь.
Помимо того, что показания водителя не соответствовали реальности, благодаря записи с видеорегистратора Чонвон обнаружил кое-что более важное: вполне вероятно, что за рулем сидел другой человек. Хоть телосложением и возрастом тот и походил на виновного, Чонвон не сомневался, что в машине был не он. Однако полиция так не считала. Судя по всему, сам факт, что всплыла эта видеозапись, их не обрадовал. Кроме того, как ему сказали, из-за нечеткости изображения невозможно утверждать, будто водитель и виновный – разные люди. Чонвон совершенно не понимал, как они могли не видеть того, что так ясно виделось ему, но ни в полиции, ни в прокуратуре не проявили желания далее заниматься этим расследованием. «Проведение дальнейших следственных действий нецелесообразно», – так гласило заключение. Объяснений о том, кто и как решает, что считать целесообразным, а что нет, и чьи цели стоят в приоритете, никто не предоставил.
Чонвону казалось, что он вдруг оказался в мире, где никто не говорил на его языке. Вокруг сплошь происходили вещи, которых он не понимал и не мог принять. Однако повлиять на ход событий было невозможно. У Чонвона, бесконечно беспомощного в этой ситуации, теперь оставался только один выход. В конце концов он решил последовать за братом, который столько времени оставался для него единственной причиной жить. Так он залез на стул и накинул на шею веревку. Оставалось всего лишь толкнуть стул ногой. И вот… как уже известно, Чонвон сам слез со стула и принял другое решение: за два месяца он найдет новых хозяев своим пластинкам, а потом уже отправится вслед за родителями и Чонаном. Но, конечно же, в этой жизни ничего не выходило так, как он задумывал.
Арендовав пустое помещение, Чонвон привел его в порядок и за три дня перевез туда все свои пластинки. Вместо вывески он прилепил на фасад магазина четыре листа из скетчбука, на которых написал:
Б/У | ПЛА | СТИ | НКИ
Посетителей не было. Ничего удивительного: на этой улице, лежавшей на окраине города, люди встречались редко. И даже если кто-то из местного немногочисленного населения проходил мимо, сколько среди них найдется тех, кто заметит написанное от руки объявление о продаже подержанного винила и зайдет что-то купить? Идея изначально была бредовая. Или же Чонвон просто обманывал даже самого себя, чтобы отсрочить смерть.
В день открытия магазина Чонвон поставил альбом k. d. lang, попавшийся ему на глаза первым. Пока звучала Barefoot, игравшая в фильме «Ягода-морошка», он взял стикер для заметок, пачку которых купил в канцелярском магазине, и приклеил его на конверт от пластинки. Ему отчетливо вспомнились сцены из фильма и эмоции, которые он ощутил при просмотре. Лишенное цвета бесконечно заснеженное поле. Идущая по нему босиком женщина.
«Это ведь тебя не касается, что ты здесь делаешь?»
«Я была одна, но теперь у меня появился друг. Друг, которому можно все рассказать, у которого можно что угодно спросить. Поэтому я здесь – с тобой».
Как и говорилось в этой фразе из фильма, друг – это человек, к которому можно обратиться с любыми разговорами и вопросами и который с Аляски последует за тобой не только в Германию[7], но и в любую точку мира. Было странно, что воспоминание десятилетней давности так хорошо сохранилось в его памяти, но в тоже время на душе стало приятно. Чонвон попытался насколько возможно выразить это ощущение предложением и записал его на желтом стикере. Это принесло ему радость. Когда он в последний раз вообще чувствовал себя радостным? Вместе с этим ему вспомнился отец. «Ягода-морошка» была одним из фильмов, которые тот забрал из магазина видеокассет, прекращавшего работу. Действие киноленты разворачивается на морозной Аляске, ее герои – люди, израненные миром, которым нелегко даются отношения с другими. К счастью, режиссер смотрит на них взглядом, полным сочувствия. Это был холодный… и в то же время теплый фильм. В юности Чонвону в основном нравились подобные картины.