Некоторые ребята странно смотрели на меня, когда замечали, что я таскаю с собой все свои вещи. Но я мысленно отвечала им: «И что теперь? Если у меня опять что-то украдут, ты купишь мне это?»
Почувствовав, что разговор идет в знакомом ключе, я уже подготовила ответ. «И что? Им Согён, ты купишь мне новые?»
– Если ты так беспокоишься, просто оставляй их у моей парты.
Им Согён произнес нечто совершенно неожиданное. Когда я молча уставилась на него, он повернул голову, и наши взгляды встретились.
– Тогда их никто не украдет.
Да уж, хорошо тебе. Ведь тебя никто не трогает.
– Ладно.
Хотя про себя я съязвила, ответила все же по-доброму. Поскольку я кивнула, но осталась на месте, Им Согён вытянул ногу и немного придвинул ко мне сланцы.
– Не наденешь?
На них было написано имя Им Согёна. Похоже, он сбегал за сланцами в школу, но мои носки были слишком грязными, чтобы совать ноги в чужую обувь.
– Мои носки слишком грязные.
– Ну, неужели пойдешь так?
Его взгляд обратился к моим ступням.
– Просто надень, и все.
Носки были не просто серыми, они приобрели темно-пепельный цвет. Мне было неловко надевать чужие сланцы на такие грязные носки, поэтому я колебалась, но раз хозяин сам велел их надеть…
– Спасибо, – пробормотала я, сунув ноги в сланцы и пошевелив пальцами. – Завтра верну.
– Можешь не возвращать.
– Почему? Ты ведь завтра…
– Просто куплю новые.
– Зачем покупать-то? Я хорошенько их вымою и отдам.
Им Согён молча посмотрел на мои ноги. А затем с непроницаемым видом серьезно проговорил:
– Если принесешь, тебе конец.
– Угу…
Я ни с того ни с сего смутилась, сжала пальцы ног и посмотрела в сторону, откуда должен был приехать автобус.
Просто сидеть вместе на остановке уже было неловко, а нам еще ехать в одном автобусе! Лишь от мысли об этом меня прошиб холодный пот.
Поскольку я вышла из школы позже обычного, в автобусе точно не окажется шумной толпы школьников. Надеясь, что не придется сидеть рядом с Им Согёном, я нарисовала в голове эту неловкую ситуацию, но тут мой телефон завибрировал.
Я достала его из кармана и увидела на экране надпись «Бабуля». Искоса глянув на Им Согёна, я отвернулась и ответила на звонок.
– Да, бабушка.
– Ты поела омук?
Она что, решила узнать, как дела у еды?
– Да, еще вчера.
– Если ты съела его весь, возьми еще. Мысль, что я дала его тебе слишком мало, никак не дает мне покоя.
Слишком мало? Это же был целый контейнер, в который легко можно было уложить три полноценных порции кимбапа и осталось бы еще место.
– Бабушка, ты и так дала мне много. Этого более чем достаточно.
– Да разве ж много? Нури, неужели и ты решила заняться диетой, или что там у вас сейчас популярно?
– Бабушка, разве ты хоть раз видела, как я занимаюсь чем-то подобным?
– Вот-вот! Ты точно Нури? Совсем не понимаю, почему ты говоришь, что омука было много. Раньше ты ела намного больше, еще и добавки просила. Вон, пучхимгэ[10] аж по десять штук наворачивала!
– Когда это такое было? Ну, разве что по пять.
– Вот видишь – это одно и то же.
– Как это «одно и то же»? Разница в два раза!
– Ладно. Пока.
Телефонный звонок резко оборвался. Хоть это и была моя бабушка, я пришла в замешательство. Она что, положила трубку, потому что сказала все, что хотела?
Я какое-то время растерянно смотрела на экран мобильного, а затем сунула телефон обратно в карман. После этого, ни с того ни с сего почувствовав неловкость, я кашлянула и украдкой отвела взгляд. Им Согён смотрел куда-то в сторону. Повисло неловкое молчание.
– Похоже, вы с бабушкой хорошо ладите, – вдруг раздалось рядом.
– А? А…
Я чуть не сказала, что живу с бабушкой, но быстро закрыла рот.
– Это здорово.
– А… Спасибо.
«Здорово». Что-то в этом теплом слове заставило меня почувствовать себя странно. Ощущая необъяснимую неловкость, я почесала в затылке и отвернулась, тихо пробормотав себе под нос: «И почему автобуса все нет?»
Услышав сигнал, сообщавший о скором прибытии автобуса, я встала со скамейки. И начала рыться в карманах, думая, что мне нужно оказаться в салоне и занять место раньше Им Согёна.
– Но кому ты уже успел насолить?
Я повернула голову и отвела взгляд от дороги.
– Я видел ребят, у которых крали велосипедные сиденья, но ты первый, у кого сперли обувь.
– А, ну…
Им Согён взял свой рюкзак и встал рядом со мной.