Вскоре женский голос объявил, что на третью платформу прибывает поезд. И почти сразу после объявления поезд с грохотом въехал на станцию. Сквозь окна вагонов было видно, что пол внутри устлан татами.
– Вагоны с татами…
Подходящий транспорт для этих пассажиров. Пока я наблюдал за происходящим, забыв о холоде и голоде, двери вагонов впустили толпу странных существ и поезд уехал неизвестно куда.
Стоило ему скрыться, как огни на платформе резко погасли. Выйдя из оцепенения, я задрожал и бросился вверх по лестнице.
Увидев, как я влетаю в «Кинъёдо», Макино, переставлявшая в этот момент книги на стеллажах, остановилась.
– Добро пожаловать в «Кинъёдо»!
– Эм, не стоит, – дрожащим голосом произнёс я.
Она внимательно посмотрела на меня и спросила:
– Всё в порядке? У вас нездоровый вид.
– На платформе холодно.
– До отправления следующего поезда ещё долго.
– К тому же я проголодался.
– Хотела вам предложить переждать здесь, но вы разозлились и сбежали.
– Я видел чудовищ! – нервно сообщил я, на что Макино откинула с плеч волосы и улыбнулась.
– Ночной поезд сотни демонов.
– Это ещё что такое?
– Его организовала группа энтузиастов из клиентов «Кинъёдо». Двухдневная поездка с одной ночёвкой для любования сливой.
Видимо, услышав наш разговор, Ваку, который сидел за кассой и читал книгу, громко добавил:
– Мы в «Кинъёдо» предлагаем не только книги, но и пространство для творчества.
Он махнул в сторону Макино, и та согласно кивнула.
– Клиенты арендуют кофейню и проводят неформальные чтения, лекции и книжные клубы. Один из них, специализирующийся на монстрах, особенно популярен. Они приглашают тех, кто не состоит в клубе, арендуют поезд с татами и едут любоваться сливами. Во время поездки рассказывают истории о привидениях и монстрах. А дресс-код – чудовища.
Оказывается, то, что я видел, – всего лишь люди, переодетые в монстров, которые направлялись в развлекательную поездку.
– Всё-таки сегодня вечер пятницы, – добавил Ваку.
– Да и луна красивая. Прекрасный день для ночного рейса.
Весело перебросившись парой фраз с Ваку, Макино исчезла за дверью, которая находилась за кассой. А я направился в сторону кофейни и занял место за барной стойкой. Ваку пристально уставился на меня, но у меня не осталось сил его бояться.
– Я бы хотел выпить что-нибудь… тёплое. Еду тоже можно заказывать?
Сугава, складывая за стойкой фирменные обложки, молча кивнул. Он достал из кармана фартука блокнот и быстро что-то написал в нём.
«Сообщение?» – с волнением подумал я, но Сугава уже показывал мне написанное.
«Нобэнмаки – 400 иен, кинако моти – 400 иен, анкоро моти – 500 иен (налог включён)».
– Только моти…
Ясуюки бурно отреагировал на брошенное мной замечание.
– Меню зависит от настроения Сугавы. Какие-то вопросы?
– Нет, что вы. Кафе, где подают только моти, очень современны.
– Вот именно! Мы же сказали, что это не кафе, а кофейня!
– Простите. – Я виновато опустил голову.
Сугава внимательно смотрел на меня. Освещение создавало эффект градиента в его глазах, так что они казались загадочными. Словно загипнотизированный, я сказал:
– Так, тогда я возьму нобэнмаки.
Сугава кивнул и принялся за работу. Хотя на нём и был тёмно-зелёный фартук сотрудника книжного, в белой рубашке и чёрном галстуке-бабочке он больше походил на бармена. Вытянувшись в струнку, он элегантно кипятил воду и заваривал чай ходзи[2]. Потом, откуда-то вытащив гриль и поставив его на газовую плиту, пожарил нобэнмаки с рисовыми лепёшками, окунул их в смесь из соевого соуса с сахаром и завернул в водоросли. Аромат водорослей, пропитанных соевым соусом, и слегка обжаренных рисовых лепёшек заставил мой живот громко заурчать, и я быстро прикончил два нобэнмаки, выложенных на тарелку цвета морской волны.
Глубоко вздохнув, я отпил ходзи и заметил, что позади Сугавы, рядом со шкафом с посудой и алкоголем, стоял ряд книг одинакового цвета. Протерев стёкла очков, запотевших от горячего чая, я принялся их разглядывать.
– А что за книги на той полке?
– О, наконец ты заметил. Эти книги не продаются, но их можно почитать, пока находишься в кофейне. Просто скажи название любимой книги, имя любимого автора или опиши своё сегодняшнее настроение – и Сугава подберёт тебе подходящую, – объяснил Ваку.
2
Сорт зелёного чая, который производится в Японии. Для его приготовления за основу берут листья бантя и без ферментации обжаривают в фарфоровой посуде при 200 °C, в результате чего чайные листья приобретают коричневатый окрас, специфический запах и вкус.