«Гнездо ястреба» – тот самый, с золотым зубом, – покопался в своей черной потрепанной сумке, словно у сборщика долгов, достал ручку и на обороте бумажных оберток от палочек для еды нацарапал: «Анэго», и напротив: «Президент».
Они чокнулись кружками пива с логотипом «Хоппи»[6] и тут же перешли к пересудам.
– У этого парня сын, говорят, толковый. Скоро поедет учиться в Азербайджан, в какой-то университет, – сказал Гнездо.
Гэта-рок понизил голос:
– В Азербайджан?
– Ага. После развала Союза куча мелких стран появилась. Азербайджан – одна из них. Нефтяная – значит, еще важной станет.
– Хм… А этот их умник знает, что его батя разгуливает по Синдзюку в таком виде, что все головы сворачивают?
История была, надо признать, занятная. Но я-то в этом баре очутился впервые, да и сам себе казался ничтожеством. Все, на что способен, – сочинять викторины для помойки. Поэтому я сохранял каменное лицо, медленно поднося кружку ко рту. Хотя по барным законам, даже не поворачивая головы, я отлично чувствовал их позы: расслабленные, но с налетом театральности.
Разговор об отце и его выходках набирал обороты, но ни Гнездо, ни Гэта-рок даже не смотрели в сторону друг друга. Они слегка вытянули шеи, уставившись куда-то по диагонали вверх. Похоже, их внимание привлекло небольшое окошко в стене, ведущее на кухню. Возможно, когда-то там стоял кондиционер: крошечный проем был идеального размера. Если не считать стеклянной входной двери, это был единственный источник света извне. Но за окном не было ничего примечательного, только бетонный забор и кирпичная стена соседнего здания. Самое обычное окно без умопомрачительного вида. И все же я не понимал, почему они так пристально туда смотрят.
– О-о! – воскликнул Гнездо, вскакивая с табурета, когда с кухни вынесли его тушеный рамен[7].
Принимая дымящуюся пиалу, я тоже про себя повторил: «О-о!»
За окном сидел кот. Черно-коричневый, полосатый – классический кидзитора[8].
– Есть! Это же Президент! – Гэта-рок вскинул руку в победном жесте. Его крик насторожил кота, и он прижал уши. На морде виднелись свежие царапины, а круглые глаза сияли янтарными кольцами.
– Президент! Это точно он!
– Погоди, ты уверен?
Полосатый кот переводил взгляд с одного посетителя на другого, будто кого-то выискивал. Вдруг он остановился на мне. В его глазах мелькнуло выражение: «С вами смертельно скучно», и кот исчез.
– Ну и Президент! – Гнездо цокнул языком и толкнул локтем своего собеседника. Тот состроил обиженную мину. Затем Гнездо снял очки и повернулся ко мне с мутной ухмылкой, явно ища поддержки в моем лице. Золотой зуб блеснул. Глаза его казались крошечными, не больше косточки хурмы.
Тут-то я понял: они действительно что-то ставили на появление кота в окне. Вот они, особые «кошачьи игры». Неожиданно тесная забегаловка превратилась для меня в настоящий кошачий театр! Благодаря этим двум игрокам и круглым глазам полосатого кота мир будто переменился. Даже лицо Гнезда без очков выглядело другим. У меня защекотало в животе, и я несколько раз сжал пальцы ног, чтобы не рассмеяться.
– Ты уверен, что это был Президент?
– Конечно Президент! Ты видел его глаза? Это точно он.
– Хотя в округе таких полосатых всего двое. Второй…
– Управляющий, кажется. Но у того одно ухо изодрано, все в зазубринах и шрамах. А у этого оба уха торчком. Это точно Президент.
«Управляющий? Интересно. Как выглядит этот загадочный кот?» – промелькнуло сначала в моей голове, а потом вопросы посыпались один за другим: «Все ли клиенты здесь делают ставки на котов?», «Неужели эта забегаловка – редчайшее в мире кошачье казино?», «Какие тут коэффициенты?». И пожалуй, самый главный вопрос, который заинтересовал меня, заключался в следующем: участвует ли в этом переодетый в женщину отец некоего умника?
Моя подавленность после визита в телецентр в Акасаке растаяла вместе с паром от рамена. Внутри будто лопнули несколько пузырьков с теплой жизнью, и я впервые подумал, что переезд в Синдзюку был лучшим решением. Я снова оглядел заведение. У входа на кухню висела маленькая доска с меню. Единственная работница – девушка лет двадцати – металась между грилем и мойкой.
– Юмэ-тян[9], я проиграл, так что угости этого парня пивом за мой счет. Что еще хочешь?
– Ну… – замялся Гэта-рок, бегло просматривая меню. – Еще набор якитори[10].
– Тьфу. Ну ладно. Тогда добавь к моему счету все, что он только что заказал.
Юмэ. Значит, так ее зовут.
Имя отпечаталось у меня в ушах.
– Опять спорили? – спросила она.
7
Ра́мен – японское блюдо с лапшой в мясном или рыбном бульоне с добавками в виде зелени или вареных яиц.