— Они с Петросом с утра закупали продукты для таверны, — проговорил Смолев. — Катюша, я к себе, потом на завтрак. Манны уже, наверное, проснулись. Мы придем на нижнюю террасу, позвони, пожалуйста, Артеми, пусть накроет нам на пятерых. Петрос обещал близнецам вкусный десерт, они вчера в нетерпении извелись сами и извели родителей вопросами о том, что же это будет.
— Если Петрос обещал, — улыбнулась Катерина, — он сделает, вы же знаете!
— Разумеется, у меня нет никаких сомнений. Увидишь Рыжую, передай, что все разговоры о делах — после завтрака. Виктор с Терезой и детьми уйдут на пляж, тогда я готов с ней пообщаться. Договорились? Да, кстати, ты уже позавтракала? Вот и умница!
Смолев быстро поднялся по лестнице на галерею, которая вела на хозяйскую половину, Катерина с улыбкой проводила его взглядом.
Как все-таки персоналу «Афродиты» повезло с боссом!
В гостях у владельца виллы были его близкие друзья: Виктор Манн с женой Терезой и двумя близнецами. С Маннами его связывала многолетняя и крепкая дружба. В свое время они с Виктором даже служили вместе. Но это было очень давно.
Сейчас Виктор Манн, будучи в звании генерала, занимал пост главы Центрального Национального Бюро Интерпола Греческой Республики. Он пропадал на службе сутками, подолгу не видя родных. Очень редко у генерала появлялась возможность провести выходные с семьей, и тогда Виктор брал жену и детей, и они приезжали в гости к «дяде Саше» на Наксос. Детвора давно облюбовала золотистые песчаные пляжи острова, а повар Петрос, души не чаявший в детях, баловал их лакомствами.
— Доброе утро, — раздался бодрый генеральский бас, едва Смолев переступил порог хозяйской половины, — пан-спортсмен! Что, «Динамо» бежит?
— Все бегут! — поддержал старую добрую шутку Смолев. — К завтраку готовы?
Генерал — ровесник Смолева, крепкий мужчина среднего роста с наголо обритой головой, круглой, как бильярдный шар, — был уже полностью одет и, сидя за столом в гостиной, быстро просматривал свежую почту, которую по его просьбе доставляли ему каждый день.
— Я лично уже полчаса как готов, — хмыкнул Манн. — Тереза близнецов разбудила, еще минут десять — и двинемся. Ты с нами?
— Разумеется. Нам накроют на нижней террасе, я распорядился. Десять минут, и я тоже буду готов. Кстати, генерал, к нам вчера интересные гости заехали, — вдруг вспомнил Смолев, уже было направившийся в сторону собственной спальни, но вдруг остановившийся на полпути. — Мои земляки из Питера. Насколько я успел понять, они партнеры по бизнесу.
— И что тебя смущает? — спросил генерал, бросив внимательный взгляд на Смолева поверх газеты.
— Ты понимаешь… Накануне в таверне я случайно стал свидетелем их разговора, — неуверенно пожал плечами Смолев. — Может, это что-то значит, а может, — и ничего. Я так понял, что они заключили пари: кто быстрее пересечет остров с севера на юг на мотоцикле, тот и выиграет приз. И как я краем уха слышал высказывание их юриста, — он, понимаешь, тоже здесь, — от результатов заезда будет зависеть перераспределение их долей в бизнесе. А еще они привезли свои мотоциклы, механиков и даже врача. Все серьезно.
— Забавные ребята, — хмыкнул генерал. — Адреналин, говорят, самый сильный наркотик. Мне, правда, его и на работе хватает. Но не всем же так везет в этой жизни, как мне. Ну, чем бы дитя ни тешилось… Эндурщики-экстремалы?
— Да, похоже.
— Ну так и пусть себе катаются, что тебя так зацепило? То, что они на твоей вилле поселились?
— Сам не знаю, — развел руками Смолев. — Что-то не так, а что — пока не понимаю. И юрист мне их не понравился, скользкий какой-то тип. Предчувствие у меня нехорошее…
— Предчувствие? — острее взглянул на Алекса генерал, помедлив, аккуратно сложил газету и положил перед собой на стол. — А это уже серьезнее. После всех дел, в которых мы с тобой участвовали, я научился доверять твоей интуиции. Знаешь что? Давай-ка после обеда побеседуем с этим юристом! Никуда он до того времени не денется. Зададим пару вопросов. А потом, если потребуется, и со всеми остальными. Если что почувствуем, поручим Антонидису — пусть занимается. Он, поди, закис уже без дела? В конце концов, если сочтет нужным, наложит запрет на эту их эндурщину. А я обещал сегодня своим показать куросы.[11] Вот как все три осмотрим, в море искупаемся, так и вернемся, глядишь, как раз к обеду.
— Договорились, — кивнул Смолев и отправился в душ.
Привычно растеревшись докрасна полотенцем после холодного душа, Алекс накинул легкий халат и прошел в кабинет.
11
Курос (др. — греч. κοῦρος) — тип статуи юноши-атлета, обычно обнажённого, характерный образец древнегреческой пластики периода архаики (ок. 650 г. до н. э. — 500 г. до н. э.). На Наксосе есть несколько незаконченных куросов в каменоломнях — прим. автора