— Замечательно, — и бросил нож Говарду, который силился, но никак не мог порвать шнур на куски.
Дальнейшая инспекция карманов Чака принесла еще один ценный трофей — пачку крепчайших кубинских сигарет. Ее Андрей тоже вручил Говарду. Нужно быть снисходительным не только к своим, но и к чужим слабостям.
Накромсав шнур, Баро перевернул охранника на живот и захлестнул его щиколотки скользящей петлей. Потом согнул ноги Чака в коленях и, придерживая их, занялся руками. Их Говард завел за спину и свободным концом шнура оплел запястья. Теперь ноги Чака можно было отпустить, что Баро и сделал. Все, теперь любое движение связанного будет сопровождаться дикой болью в почти вывернутых из суставов руках. А чтобы не заорал, когда прочухается, вот тебе, паря, затычка. Действуя ножом, Говард располосовал брюки охранника и одной из получившихся лент обвязал голову Чака так, чтобы лента рассекала рот, проходя по щекам и под ушами.
Затем те же процедуры по обездвиживанию и лишению речи Говард проделал с карликом, и если времени на это ушло столько же, то шнура, по понятным причинам, намного меньше.
Андрей тем временем проверял на боеготовность оказавшийся в их руках арсенал.
— Что там у нас? — спросил Баро.
— «Вальтер ПП»[17], две обоймы. Плюс «Калашников», «АКС-74», десантный вариант. Берешь?
— Давай.
Баро взял автомат и отсоединил магазин, чтобы проверить, насколько полон рожок.
Андрею это понравилось. Это правильно, когда человек сразу проверяет оружие, с которым, возможно, предстоит идти в бой.
— Годится. — Присоединив магазин, Баро опустил предохранитель, передернул затвор, досылая патрон в ствол, прицелился в далекий прожектор за окном, цокнул языком и вернул предохранитель на место. — А где пистолет Бонни?
— У него ничего не было.
— Но я же видел! Ночью.
Андрей пожал плечами и сказал:
— Ну что, надо бы трогаться.
Они посмотрели на девушку. Та уже не плакала, только раскачивалась из стороны в сторону.
— Как себя чувствуешь? — Андрей коснулся плеча Эли.
— Я? Хорошо. А вот Фуфа...
На взгляд Андрея, о Фуфе волноваться не стоило. Он уже совсем пришел в себя и теперь сидел, привалившись к стене и полуприкрыв глаза.
Баро скрылся в комнате и тут же вернулся с пригоршнями воды. Над повязанной платком головой Фуфы он развел ладони. Намокнув, ткань прилипла к черепу, и стали видны укрывавшиеся под ней бугры шрамов.
— Не надо. — Фуфа запустил руку в карман и вытащил изящную «Беретту-950»[18] с открыто расположенным курком. Дамская пукалка почти утонула в его лапище.
— Что же ты, лапоть, сразу свою игрушку не достал? — спросил Андрей.
Фуфа только покосился на него.
— Вот видишь, Элечка, с ним все нормально. Утереться есть чем?
Девушка покачала головой. Говард снова сходил в ванную и принес рулон туалетной бумаги. Эля оторвала кусок, скомкала и промокнула лицо. Царапины, оставленные ногтями карлика, были неглубокими и уже почти не кровоточили.
— Я подслушала, — заговорила Струганова сбивчиво, обрывая фразы. — Я в соседней комнате была... Там Тони был, и Марлоу, и капитан. Вас не отпустят! Я хотела предупредить...
— Только предупредить? Или помочь бежать? Или бежать с нами?
— Отсюда не убежишь.
Эля опять собралась заплакать, и, предупреждая это, Андрей спросил:
— Лестница где? Та, что к бухте с лодками ведет.
— Фуфа покажет.
Андрей помог девушке встать. Фуфа тоже стал подниматься. Далось ему это не без труда, но пнуть под ребра связанного Чака — на это Степе-Диего сил хватило.
— У, гнус! — выразил он свое отношение к охраннику, как-никак одолевшему его в личной схватке.
На взгляд Андрея, данное определение более подходило к прыщавому карлику, уж больно противен, но свое мнение он никому навязывать не собирается. Пусть малость одичавший в океане, а все ж таки цивилизованный человек. С понятием о плюрализме.
У дверей дома они помедлили. Было тихо, если не считать тарахтения движка и отчаянного стрекота каких-то насекомых.
Фуфа пошел вперед, за ним Андрей с девушкой, Говард находился в арьергарде.
17
Вальтер ПП (Полицайпистоле) выпускается фирмой «Карл Вальтер» с конца 20-х годов XX века и считается одним из самых надежных пистолетов в мире.