Он с минуту посидел в кресле, приводя мысли в порядок, потом решительно встал и подошел к постели. Отец Феогност лежал все в той же позе — поперек кровати, с опущенными на пол ногами, дыхание его было слабым, но ровным. Ассур аккуратно поднял его ноги обратно на койку, передвинул тело и уложил голову на подушку, под которой предварительно не преминул пошарить. Кого, интересно, настоятель имел в виду, когда в последний момент воскликнул: «Это ты?» Чьего появления он мог ждать среди ночи? Ассур набросил на обездвиженного архимандрита одеяло, и тут внимание его привлекла правая рука отца Феогноста, которой тот сжимал черный витой шнурок на шее... Стоп, стоп! А это что такое? Он с усилием разжал старческую ладонь и обнаружил в ней небольшую кожаную ладанку, открыл ее и вынул нечто похожее на крошечный бумажный свиток, перевязанный шелковой нитью.
Усевшись в кресло, Ассур сдернул нить и осторожно развернул свиток; тот представлял собой лист очень тонкой, похожей на папиросную, но абсолютно непрозрачной бумаги. На одной его стороне имелся мелкий рукописный текст. В свете фонарика нунций разглядел, что текст записан латинскими буквами; всмотревшись внимательней, он с некоторым недоумением обнаружил, что это была средневековая, так называемая «вульгарная» латынь. «Почему латынь? Отчего не греческий?» — размышлял Ассур, без особого успеха пытаясь восстановить в памяти то немногое, что осталось от зубрежки в московском иезуитском колледже.
Впрочем, он тут же с досадой хлопнул себя по лбу и провел над свитком экранчиком наркома, сканируя текст. Через минуту перевод был готов, и нунций с возрастающим удивлением прочел следующее.
(извлечено из Шеола)
I. Мы, всемогущий Люцифер, сопровождаемый Велъзебубом, Асмо-деем, Баалберитом, Велиалом и другими, сегодня заключаем Договор о союзе с архимандритом Феогностом Вазелиносом, настоятелем Арка-дийского монастыря, который теперь находится с Нами. И Мы обещаем ему любовь женщин, цветы девственности, милость властителей, отменные почести, удовольствия и богатства. Он будет совокупляться с суккубами каждые три дня; увлечения будут приятны для него. Он будет приносить Нам раз в год дань, отмеченную его кровью; он будет попирать ногами реликвии Церкви и молиться за Нас. Благодаря действию сего договора он проживет счастливо двадцать лет на земле среди людей и наконец придет к Нам, понося Господа.
Дано в Шеоле в пятом Зале Нечистоты на совете Аггелов Бездны».
Далее следовали подписи шести «аггелов» — Люцифера, Вель-зебуба, Асмодея, Баалберита, Велиала и Аваддона, а также заверяющая надпись некоего протонотария Тутивилла Мастемы: «Заверяю подписи и отметку главного Дьявола и моих Хозяев, князей Преисподней».
Пункт второй гласил:
«II. Мой Хозяин и Господин Люцифер, в обмен на вышеупомянутые обещания, я признаю Тебя как моего Господа и Князя и обещаю служить и подчиняться Тебе в течение всей моей жизни. Ия отрекаюсь от другого Господа, от Иисуса Христа, всех святых, апостольской Церкви, самой Святой Троицы, всех святых таинств, молитв и обращений, благодаря которым правоверные могут повлиять на меня. Ия обещаю Тебе, что буду совершать столько Зла, сколько смогу, и что я приведу многих к совершению оного. Я отрекаюсь от крещения, миропомазания, елеосвящения, покаяния, рукоположения в сан свой, всех милостей Иисуса Христа и его святых. И коли я не смогу служить и поклоняться Тебе, и коли я не буду воздавать Тебе дань единожды в год, я отдам Тебе мою жизнь в собственность.
Совершено в ночь на 14 сентября, лета 2147.
Феогност Вазелинос».
Судя по характерному бурому цвету и некоторой расплывчатости рукописного текста, весь пункт второй, включая и подпись, был выполнен не чем иным, как кровью.
Часть вторая
ВЕРТЕП УДОВОЛЬСТВИЙ
Глава девятая
КУТНАГОРА
Mulier est mallius, per quern diabolus mollit et malleat uni versum mundum[12].
Ее скуластое лицо с большими, несколько раскосыми, янтарного оттенка глазами, узким подбородком и прямыми черными, с легким синеватым отливом волосами делало ее похожей на индианку. И при взгляде на нее невольно возникали мысли об амазонской сельве, о вздувшихся после тропических ливней водах большой мутной реки, мангровых зарослях, ночном рыке желтоглазых хищников и затаившихся в неправдоподобно яркой листве змеях-убийцах.