Цзян Сюэнин вышла замуж за Шэнь Цзе и спустя пять лет стала императрицей. Восхождение к трону далось нелегко. За короткую жизнь ей довелось повстречать немало людей, подобных Янь Линю, от которых она отказалась, двигаясь к цели. Среди них был помощник главы Палаты чинов Сяо Динфэй, командующий Тайной стражей[10] Чжоу Иньчжи и старшая принцесса Лэян[11] по имени Шэнь Чжии, позднее погибшая от рук варваров…
Но никто не ожидал, что однажды тот самый юноша вернется во главе армии. Одержав победу в пограничных землях, Янь Линь примкнул к Се Вэю, под предлогом «избавления государя от дурных советников»[12] окружил столицу, захватил Запретный город и посадил Цзян Сюэнин под домашний арест. Императора Шэнь Цзе отравили, он оказался прикован к постели и окончательно утратил возможность управлять страной, а тем временем Янь Линь открыто входил в покои императрицы, каждый раз приказывая слугам удалиться. Порой от него сильно пахло вином, однако никто не смел возразить – ни при дворе, ни за его пределами. Все знали, что этот человек – правая рука Се Вэя. Когда тот устроил резню в императорских покоях, именно он охранял выходы, чтобы никто не сбежал. И позднее, едва Се Вэй приговорил род Сяо к истреблению до девятого колена, Янь Линь первым ворвался в запертый дом и выволок наружу всех: мужчин и женщин, стариков и детей.
Теперь он и Се Вэй, бывший негласный наставник императора[13], стояли у ворот дворца Куньнин. Шэнь Цзе скончался, оставив указ, повелевавший вдове править из-за опущенной занавеси[14]. Однако мальчик из побочной линии императорского рода, провозглашенный наследником, так и не прибыл в столицу: по пути его захватили мятежники из секты Небесного учения и обезглавили, а голову выставили у городских ворот.
Настала очередь Цзян Сюэнин. Она медленно опустила и вновь подняла длинные густые ресницы, бросившие на лицо легкую тень. В ее отрешенном взгляде отражалось понимание: мир переменчив и совершенно непредсказуем. Ю Фанъинь с печалью смотрела, как девушка отложила палочку для благовоний, накрыла курильницу крышкой и взяла со стола квадратный ларец, обитый парчой. Внутри аккуратно лежала яшмовая императорская печать и свиток с именным указом, который она составила и скрепила печатью два часа назад. В нем говорилось, что она по собственной воле желает последовать за супругом в загробный мир, просит Се Вэя, бывшего негласного наставника императора и младшего наставника наследного принца[15], послужить стране, взять на себя заботы о делах государства и посодействовать избранию достойного правителя.
Цзян Сюэнин подняла голову и поглядела в окно. Снег, шедший всю ночь, незаметно для всех прекратился. Слепящее солнце пронзило тяжелые тучи и яркими лучами осветило мрачные покои дворца.
– Если бы я раньше знала, чем все закончится, разве стала бы так изнурять себя суетными стремлениями? – прошептала девушка. – Лучше отправилась бы в дальнее странствие, повидала б необъятные горы и реки, пожила бы вольной птицей. А я ошиблась дорогой и попала во дворец, где роскошь обернулась коконом…
Подруга хранила молчание.
– Будь у тебя выбор, ты бы пришла сюда снова? – спросила Цзян Сюэнин.
Ю Фанъинь, дочь наложницы знатного бо[16], была самой загадочной из всех, кого она знала. Глуповатая, жалкая девушка однажды упала в воду и совершенно переменилась: осмелела, занялась коммерцией, сколотила состояние, стала заимодавцем и основала торговое объединение. За несколько лет она превратилась в самого влиятельного купца в округе Цзяннин[17] и заслужила прозвище Ю Полгорода, что вовсе не было преувеличением. Вот только удача ее подвела: в придворной борьбе она выбрала не ту сторону, и, хотя потом поддержала Се Вэя, тот все равно ей не доверял и, в сущности, запер девушку в стенах дворца. Ю Фанъинь и Цзян Сюэнин вместе пережили столько горя, что под конец стали близкими подругами и делились друг с другом всем без утайки.
Цзян Сюэнин слушала рассказы Ю Фанъинь о том, как та с нуля строила свое дело. Ее речи звучали непривычно и странно. Она жаловалась на варварские страны, в которых ей доводилось бывать по торговым делам: мол, даже паровые машины там еще не появились. Хотя что такое паровая машина, не знала и сама Цзян Сюэнин. Ю Фанъинь постоянно твердила, что родом она не отсюда, а из далекого места, куда нет возврата. Еще упомянула о некоем великом секрете прежней династии, который уберег бы тех, у кого есть голова на плечах, от ошибки в борьбе за власть. Жаль только, тайна открылась ей слишком поздно.
10
Речь о так называемой Страже в парчовых одеждах (
11
В китайской традиции родственники императора, помимо личного имени, получали также почетный титул, и он, в отличие от личного имени, использовался публично. Титул старшей принцессы (
12
Цитата из канонического «Комментария Гунъяна» к летописи «Чунь цю» («Весны и осени»), автором которого считается ученый V в. до н. э. Гунъян Гао. Фраза использовалась как оправдание вооруженного вмешательства в дворцовые дела под предлогом устранения нечестивых приближенных ради защиты императора.
13
Наставник императора (
14
Править из-за опущенной занавеси (
16
Бо (