Артур, увидев подходящего клиента, решил подпоить Егора, чтобы затем проститутка смогла спокойно обобрать его. Расклад почти идеальный для подобных преступлений: клиент едет до конечной станции, прибывает туда в состоянии полной отключки, жаловаться на кого-то бесполезно, да и бессмысленно. Пить надо меньше, вот и весь сказ. А для надежности и усиления похмельного синдрома в бутылку подсыпается «витаминная добавка», чтобы фантазии жертвы были богаче, а сон крепче.
Но у мошенников произошел сбой: то ли не рассчитали дозу лекарства, то ли психика Егора повела себя неадекватно. В результате он, можно сказать, по собственной воле, хотя и в припадке безумия, выпрыгнул из поезда на полном ходу. Чудо, что остался жив. Вот уж правду в народе говорят: везет пьяным и дуракам.
А дальше парень угодил в спецлечебницу. Угодил почти законченным психом с расщепленным сознанием. Все россказни Егора про вампиров, роковую красавицу Розу — лишь плод его больного воображения, разогретого алкоголем и психотропными добавками.
Тогда, после длительного лечения, Егор несколько пришел в себя под опекой Штейна. Миша даже похвастался передо мной, считая, что добился хорошего эффекта, о котором упомянет в своей докторской диссертации.
Что же, придется его разочаровать, позвоню, как доберусь домой. Судя по поведению Егора, пациент в настоящий момент скорее болен, чем здоров...
Ощутимо задев меня бедром, мимо прошла смазливая разносчица из вагона-ресторана. Остановившись в нескольких шагах, полуобернулась с вопросительной улыбкой. Я небрежно показал ладонью: иди, все в порядке.
Прислонившись лбом к прохладному стеклу вагонного окна, я погружался в свои мысли под ритмичный перестук колес. Торопиться некуда, пусть одержимый Розой бедняга сначала уснет.
— Ту-ту, тук-тук. Ту-да, сю-да...
«Вагоны шли привычной линией, подрагивали и скрипели...» Как там дальше-то? «Да что — давно уж сердце вынуто!..»[4]
Уже и забывать стал. Все-таки старею. Но вот это не забудется никогда:
— Я прислал тебе черную розу в бокале золотого, как неба, аи...[5]
Владимир ЛЕБЕДЕВ
ПРОРОЧЕСТВА
РУССКОГО НОСТРАДАМУСА
«Авель — монах-предсказатель, родился в 1757 году. Происхождения крестьянского. За свои предсказания дней и часов смерти Екатерины II и Павла I, нашествия французов и сожжения Москвы многократно попадал в тюрьмы, а всего провел в заключении около 20 лет. По приказанию Императора Николая I Авель был заточен в Спасо-Ефимьевский монастырь, где и умер в 1841 году».
День смерти императрицы Екатерины II был назван монахом Авелем с удивительной точностью за год до ее кончины. Заговор против ее сына и трагические последствия, к которым он приведет, были им предсказаны лично императору Павлу I еще за четыре года до цареубийства.
Он предвидел сожжение Москвы Наполеоном, причем точное время, когда это грозное событие произойдет, он указал за десять лет до пожара в Кремле. Авель предупреждал о восстании декабристов за восемь лет до выступления их на Сенатской площади. Имена, порядок очередности и характер правления русских царей, начиная с Павла I, были открыты ему.
Еще в начале XIX века он предрек Первую мировую войну, использование воюющими сторонами самолетов и подводных лодок. А главное, конец царствования дома Романовых, падение самодержавия и безбожное иго на Руси были ведомы простому монаху.
Все эти предсказания сделал монах — Авель, в миру крестьянин Василий Васильев.
Василий родился в селе Акулове Тульской губернии Алексинского уезда. Родители его были крепостные крестьяне. Они насильно женили сына. Но он бросил семью и детей и начал странствовать по Руси — исходил ее вдоль и поперек.
Осенью 1875 года Авель поселился в Валаамском Спасо-Преображенском монастыре. Там, как говорит Авель в своих записках, «свыше велено ему сказывать и проповедывать тайны Божии и судьбы Его». После этого он покинул остров Валаам и перешел в Николаевский Бабаевский монастырь, в котором составил и написал первую из созданных им «зело престрашных», пророческих книг. В ней Авель предсказывал кончину Екатерины II, за что немедленно был вытребован в Петербург.
Обер-прокурор Святейшего Синода генерал А. Н. Самойлов увидел в его книге недопустимую крамолу и трижды ударил инока по лицу, вопрошая: «Како ты смел писать такие титлы на земного бога?» Смиренно опустив глаза долу, прорицатель ответил: «Меня научил писать сию книгу Тот, кто сотворил небо и землю, и вся иже в них. Тот, кто повелел мне и все секреты оставлять».