– В последнее время такое часто случается. Завидую тебе. Я-то на скутере езжу.
– С чего бы? Летом жарко, а зимой холодно, – ничего хорошего.
– На мопеде ведь то же самое.
– И то верно.
Кага бросил взгляд на новенькую.
– В Токио, наверное, поезда животных не сбивают?
– Как же, случается.
– Разве?
– По крайней мере, я слышал, что там людей сбивают.
– Черт, ты иногда так непринужденно говоришь такие вещи, – сказал Кага, скорчив недовольную гримасу.
Я не очень понял, что именно он имел в виду, но, возможно, моя фраза и вправду была неуместной. Я решил сменить тему.
– Кстати, при чем тут Токио?
– Хама сказала, что новенькая оттуда.
Хама – это учительница Хамамото, которая работала в школе первый год и была нашей классной руководительницей. К слову, никакой особой для молодой женщины привлекательностью она не обладала.
– Ого, Токио…
– Не повезло, конечно, переехать в такую глушь.
Я фыркнул и взглянул на новенькую.
– Другого склада, что ли?
– В смысле?
– Ну, эта новенькая кажется одиночкой.
– О? – Кага оживился. – Заинтересовался? Личико-то у нее и правда ничего.
– Да нет, просто обратил внимание.
– Ее, кстати, зовут Ханасиро Андзу…
Я кивнул, давая понять, чтобы он продолжал.
– А характер у нее, похоже, что надо!
Кага с явным интересом начал рассказывать.
Ханасиро Андзу, как оказалось, переехала в Кодзаки по семейным обстоятельствам. Это был ее первый перевод в другую школу. Так ее представила Хама, а затем попросила Ханасиро сказать что-нибудь классу. На что та не мешкая ответила: «Мне нечего сказать. Можно я сяду?» Взгляд у нее при этом был такой пронзительный, что Хама, по словам Каги, оробела.
На самом деле отчужденность Ханасиро была поразительной: пока мы беседовали, одноклассник, попытавшийся с ней заговорить, был решительно отшит фразой: «Я читаю, так что не мешай, пожалуйста».
– Ну, теперь понятно, почему она одна, – усмехнулся я.
– Жалко, симпатичная все-таки. Лишь бы задирать не стали.
– Судя по всему, она сможет постоять за себя, так что беспокоиться не о чем.
С этими словами я достал из сумки учебник по математике и тетрадь. Грядущая контрольная волновала меня сейчас куда больше новенькой.
Прозвенел звонок, возвещая начало второго урока.
Ханасиро, несмотря на сложный характер, оказалась весьма способной в учебе. На математике она щелкала задачи как орешки, а на физкультуре демонстрировала такую скорость, что позавидовали бы даже члены клуба легкой атлетики. Даже когда одноклассницы восторженно хвалили ее, она не проявляла высокомерия, а лишь бросала холодный взгляд, будто говоря: «Да ладно, это же проще простого». Я неоднократно наблюдал, как одноклассники пытались пригласить ее в школьные кружки, но на все предложения она давала отказ одной лаконичной фразой: «Слишком хлопотно».
Похоже, Ханасиро не собиралась ни с кем сближаться и проводила большую часть перемен за чтением.
Обычно такую белую ворону быстро начинают травить. Однако выдающиеся способности, видимо, обладают силой превращать «чудака» в «гениальную личность», и уже к обеденному перерыву в первый же день Ханасиро прочно закрепила за собой амплуа «неприступной одиночки».
Впрочем, нашлись и те, кому это было не по душе.
– Эй, сбегай-ка вниз, купи мне колу «Черио»[3] в автомате.
Ярко-рыжее каре с химической завивкой, короткая юбка. Да еще и стоптанные задники у сменной обуви. Прямо-таки живое воплощение раздела «как не должен выглядеть ученик» – настоящий парад нарушений школьного устава.
Это была Кавасаки, та самая, что считалась первой красавицей класса.
Но, к сожалению, она не ограничивалась только миловидной внешностью. Ко всему прочему, Кавасаки была страшно избалованной и высокомерной. Ходили слухи, что она встречается со старшеклассником-задирой, известным своей любовью к дракам, так что никто из одноклассников не смел ей перечить. С таким влиятельным покровителем и наглым нравом ее статус негласной королевы класса был предопределен.
Кавасаки сунула прямо в руку Ханасиро сто иен. Та с недоумением посмотрела на монету и пробормотала:
– Вишневую колу?
– А? Ты что, не знаешь компанию «Черио»?
– Никогда не слышала.
– Ладно, неважно. Просто неси уже.
– А ста иен хватит?
– Хватит!
– А она вкусная?
– Чего? Какая разница?
– У них есть что-нибудь, кроме колы?
– Да хватит уже вопросы задавать, иди! – крикнула Кавасаки, пнув парту ногой.
Ханасиро с совершенно бесстрастным лицом встала и молча вышла из класса. Глядя ей вслед, Кавасаки плюхнулась на свой стул и начала хвастаться перед подружками:
3
Черио (