– Интересно, бежали мы за кем-то или от кого-то? – прошептал он.
– Юра, как чувствуешь себя? – тут же прорвался, зашумел в самое ухо голос. Следом – помехи, дребезжание, гул.
– Силин, доложить по форме! – прочистил эфир второй голос. Четкий и главный.
– «Урал-2», посадка прошла успешно. Приступаю к выполнению задачи.
Силин высвободился из спецкресла, пять раза присел, потянулся, разгоняя кровь, разминая отекшие мышцы, после проверил штатную работу приборов, задал программу, запустил в работу с десяток дронов – некоторые, правда, тут же отказались эту самую работу выполнять, один так вообще стал долбиться в наружный люк, будто нагулявшийся кот, прочие же деловито расползлись по поверхности Эстель.
Силин наблюдал за обстановкой на поверхности по камерам самих же дронов – камер на обшивке или обзорного иллюминатора, да даже самого завалявшегося иллюминатора, у модуля не было. Эстель оказалась планетка с характером. Чужих не любит. Обломает и камеры, и бока намнет. Мама не горюй!
К кораблю относимся как к живому существу, планеты наделяем характерами, подумал Силин. Это в нас что-то древнее отдается, что-то такое…
Сформулировать он не успел. Запищал медицинский лаб, сигнализируя – готов внедрять чип. Силин снял комбинезон и влез в узкое ложе лаба. Ложе наполнилось вязкой жидкостью. Жидкость быстро загустела так, что Силин едва мог шевелиться. Манипуляционные щупы он еще чувствовал какое-то время, но потом неприятные ощущения исчезли, и Силин заскучал. А как заскучал – стал считать овец, которые прыгают через оградку. Овцы в его воображении почему-то непременно кричали в прыжке. А когда считать ему надоело – сама операция по внедрению чипа была скорой, но нужно было дать чипу время внедриться, организму этот чип принять, свыкнуться с ним, синхронизироваться, – так вот когда ему надоело считать овец, он стал читать про себя стихи.
Чей это стих, он никак вспомнить не мог, что-то очень далекое – еще из школьной программы.
Так он развлекал себя отголосками песен, нестройными стихами, без начала и конца, пока наконец огоньки лаба не вспыхнули зеленым, и тугое желе вокруг него стало постепенно разжижаться, а потом и вовсе утекло.
Силин насухо вытерся полотенцем и аккуратно потрогал маленькую шишечку за левым ухом.
Чип «Самоцвет». Уникальная разработка наших биологов и, что важно, геологов. Чип сделан на основе минералов. Иначе – камней-самоцветов. Будучи внедренным в тело, вступая в симбиоз с человеком и его сознанием, минерал наделял носителя особым, как это смело назвали, геологическим сознанием.
Это как если бы человек вдруг стал понимать язык гор, настроение пород, перекрученных рудных жил, кипящих полей, сжатых пустот. Все сокрытое глубоко вдруг становилось понятным, ясным. Недра принимали человека за своего и рассказывали свои тайны.
Не каждый самоцвет для этих целей подойдет. Только удивительным образом полудрагоценные самоцветы, расцветающие в отрогах старых и хмурых уральских гор. Поэтому и экспедиции геологоразведки к далеким планетам носят имена «Урал» и «Дежнев».
– Чип внедрен. Чувствую себя отлично. Начинаю выход на поверхность, – доложил Силин.
Корабль-матка не отозвался, да и не должен был – его уже унесло по орбите на другую сторону Эстель.
Силин облачился в скафандр. Проверил как двигается. Перед глазами побежали полоски и цифры зеленоватого цвета. С помощью голоса он отрегулировал, убрал лишние. Оставил только пульс, показатели дыхания и давление. Синхронизировал скафандр с модулем, а через модуль с дронами – теперь он не заблудится.
Первый выход пробный. Пеший, на своих двоих. Осмотреться, оглядеться. Если получится – пригласить Эстель на первый танец. Нежно и аккуратно.
Место для посадки модуля было выбрано спокойное – предварительная разведка не показывает даже наличия редкоземельных элементов.
Место тут тихое. Это потом появятся люди, и еще люди, и строения, и машины, много машин, много людей. Бурить, строить, жить.
А сейчас задача стояла отработать чип на спокойной волне. Отработаем.
Пара дронов вернулись и зависли над модулем, ожидая команды. Остальные не подавали признаков жизни. Два – это неплохо, два это хорошо. Не так и страшна эта Эстель.