– Буду, – вздохнула Надя, – Но не сегодня.
Кофеварка закипела, уютно зафыркала густо пахнущими брызгами. Надя по привычке устроилась на диване с чашкой и смартфоном. Полистала новостную ленту. Заглянула в мессенджер, где все-еще висело неотвеченным Колино сообщение. Перечитала и почему-то оттаяла. Решился же все-таки – полгода назад еще намекал, когда вместе в очереди в домоуправление стояли, но с тех пор только улыбался при встрече. Пальцы быстро набрали текст в поле для ответа, замерли.
– Наденька, голубушка, вы уж определитесь, кто вы – космонавт или диванный исследователь. Никак на стыковку решаетесь? Ну так решайтесь, чего тянете. Откуда фактуру для рассказов брать, если вы только перед экраном и сидите? – подогрел андроид.
– Космонавт, – согласилась Надя. – Вас ведь не переспоришь, Федор Михалыч.
И, пока не передумала, нажала «отправить».
Максим Лыков
Зилант-шəһəр[3]
… раньше были неприветливые тетки, с которыми можно было решить вопрос только через знакомых. Потом тетки сменились улыбчивыми девушками, но суть не поменялась, улыбки обменивали на рубли. Но и с девушками можно было договориться, если вникнуть в хитросплетения правил. А сейчас и первых, и вторых сменили нейросети, к которым и через знакомых не подкатишь, и умом не возьмешь. Остается только бить рублем, но кошелек-то не бездонный.
Тимур-лайт скрестил руки на груди. На фоне льющегося из окна февральского солнца мое электронное альтер-эго тускнело и местами просвечивало. Я делал цифровика копией себя, но помоложе – небрежная щетина, подтянутый, с усмешечкой, в обтягивающей футболке с замысловатым принтом – Тимурлайт тянул больше на спортсмена, чем на человека, копающегося в нейросетях и компьютерах. Я сейчас предпочитаю рубашки и брюки, и бреюсь до синевы. Хорошо, что мы разные – странно было бы постоянно смотреть на себя в зеркало.
Я допил остатки кофе и оглядел моих клиентов – лысеющий мужик в компании розовокожей подружки с большими глазищами. Я на секунду отключил дополненную реальность. Так и есть – визуальные расширители, добавившие пухлости щечкам и очарования глазкам. Хоть от хирургии ушли, и то хорошо.
Я коротко переглянулся с цифровиком. У Тимура-лайт вопросов не было. Он, как и я, считал дельце несложным, даже скучным, хотя и прибыльным. Цифровик показал большой палец – ему можно было себя не ограничивать ни в жестах, ни в словах, по настройкам кроме меня его никто не видел.
– Совершенно согласен, Сергей. Все упирается в деньги, как в прошлом, так и в настоящем, – сказал я солидно. – Давайте перейдем к сути.
– Да-да, – заспешил клиент. – Мне почти сорок, а невесте двадцать. И брак второй. У меня, в смысле, второй. И алименты плачу, – он опасливо покосился на подругу, но та не отреагировала, уминая что-то веганское-полезное. – Говорят, что таким как мы…
– Вы хотите получить ипотечный кредит под льготный процент, но знаете статистику отказов, так? – поторопил я его. Деловой завтрак заканчивался, а дел у меня на сегодня хватало.
– Ну да. Там по процентам разница чуть ли не втрое.
– И за двадцать лет набежит кругленькая сумма, – подхватил я. – Если, конечно, не убедить нейросеть, что брак будет крепким, с потомством. Сами понимаете, демографическая политика, курс на снижение числа разводов и так далее. А попытка всего одна – нейросетевое решение обжаловать можно, но…
Тут я развел руками. Жест был заготовлен, отрепетирован и апробирован сотни раз – тут и искреннее сожаление, и толика сочувствия, и намек на тягомотность судопроизводства, и авторитетность эксперта. Безотказный коктейль. Дав Сергею паузу, чтобы проникнуться этим «напитком», я назвал сумму.
– Ничего себе, – выдохнул тот. – Но это же…
– Лишь четверть от сэкономленной суммы, – скромно сказал я.
– А если не получится?
– Верну деньги за вычетом накладных расходов в 10 %.
– А гарантии?
– Всего один процент ошибок, – сказал я. – Наверняка вы наслышаны о моих способностях.
– Это только слова. Давайте сначала сделаем, потом бабки отдам.
Тимур-лайт сделал кислое лицо. О, я солидарен с тобой, напарник.
– Всего доброго, – сказал я, поднимаясь.
Разрешилось все быстро и просто. Деньги полностью пришли на банковский счет. Раньше бы я потребовал исключительно наличные. Но, увы, сейчас нужно всячески демонстрировать перед налоговой свою кристальную честность, и больше не попадаться на невнятных сделках с незнакомцами. В наш с-головы-до-ног цифровой век пользоваться банковскими переводами – это как орать посреди средневекового базара, что продал корову за чистое серебро. Но что делать, если такая жизненная ситуация?