— И знаешь что? — в конце концов, спросила Кристина.
— Нет, но думаю, ты мне сейчас скажешь.
— Мне пришлось нацепить очки и бейсболку! Папину, блин, помятую, из бардачка! Это было так стыдно. Посреди Кливленда в чёртовой кепке с этим пухлым бывшим анфитаминщиком рядом.
— Он — твой брат, Крис.
— Ужасный жирный брат! А они с мамой ещё шутили, что мы похожи… Хуже только растолстеть!
— Ну, ладно, успокойся, это в прошлом. — улыбнулась Нура и взяла со стола свой телефон. — Он приедет, хочешь ли ты этого или нет, и поступит учиться. Ты не можешь этому помешать, но ты не обязана с ним общаться.
Она набрала и отправила сообщение Итану, который должен был позвонить, но молчал.
— Да, правильно. — горестно согласилась соседка. — Но, боюсь, меня совесть сожрёт. А это лучше чем меня сожрёт он, так что я, пожалуй, помучаюсь.
— Перестань, — бросив в сумку телефон, засобиралась девушка. — Он ещё даже не здесь.
— О, ты уже уходишь? — захныкала Кристина. — Не оставляй меня!
— Итан должен скоро приехать. — с сожалением сказала Нура, застёгивая куртку. — Хочу пойти к нему сейчас.
— Ладно, давай, бросай меня и ты тоже. — фыркнула Крис. — Как же скучно… Скоро я не выдержу, сорвусь, кину вас всех и учёбу, и улечу в Нью-Йорк.
Выпалив всё это, она, раздув ноздри, замолкла, а Нура улыбнулась:
— Так сильно соскучилась по нему?
— Да. — раскисла та, опустив руки. — Очень, очень сильно.
— Он вернётся.
— Знаю. Всё не так ужасно, но в моей голове всё более запутано.
Они обменялись улыбками.
— Ты видела, кстати, вас опять напечатали? — спросила Кристина. — Ларёк за углом, какой-то журнал — первая полоса.
— Да, — поджала губы Нура. — Видеть себя покупающей кофе — ни капли не странно. Эти их маниакальные наклонности меня уже начинают пугать.
Прошло больше часа. От хре́нова чёрным по белому текста статей, уже мельтешило в глазах. Кислый привкус холодного кофе во рту, местная духота, пропитанная запахом бумаги вперемешку с типографической краской — надоело, сдавило в висках.
Лежащий на краю стола айфон загудел и Итан хотел взять его, ненароком задев локтем полупустой стакан. Тот покачнулся, парень оставил телефон, чтобы поймать его, но не успел, стакан полетел на пол.
— Чёрт, — выругался он, потянувшись вниз, где из отверстия в крышке, на плитку, струйкой вытекало кофе… взгляд мельком упал на монитор и рука застыла над тёмным пятном — на фото в нижнем углу страницы были Селин и Джон.
«Авария унесла жизни молодой четы Маккбрайд».
— Что?.. — выдохнул Итан, прочтя заголовок.
«Полиция Чикаго продолжает расследование недавней трагедии, развернувшейся на Мичиган-Авеню в воскресенье второго ноября, где, по уже известным данным, водитель, которым оказался родственник известного предпринимателя Ричарда Маккбрайда — Джонатан Маккбрайд, не учтя погодных дорожных условий, не справился с управлением автомобиля и съехал с дороги…»
— Нет, — ошарашен парень. — Не может быть. Что это за херня?
«Его супруга, находившаяся на пассажирском сиденье, погибла на месте, сам мужчина скончался по дороге в госпиталь в карете скорой помощи. В машине также была обнаружена их чудом не пострадавшая несовершеннолетняя дочь, которая в данный момент находится в медицинском учреждении…».
Будто оглушённый, Итан перестаёт читать и отстраняется назад. Дрожащей рукой перелистывает дальше и с ужасом видит фото плачущей малютки на следующей странице… фото крошки Нуры, на руках спасателей.
Небольшое совещание в зале для переговоров — официальная стычка презирающих друг друга воротил бизнеса. Ричард, молча, осматривает сидевших за столом пререкающихся партнёров и чувствует, как начинает злиться.
— Включая компенсации? — саркастически спрашивает, единственная среди мужчин, молодая женщина. — А издержки? Вы просчитали потери?! Это же полный бред!
— Шона, солнце, это неизбежно. — закатывает глаза сидевший рядом с ней, развалившейся на стуле, толстяк. — У нас нет выбора.
Он постукивает пальцами в кольцах по стеклянной столешнице, а его «мальчик на побегушках», сидит по другую его руку и, крепко сжимая сумку с документами хозяина, ухмыляется.
— Определённо, да! — гневно выкрикивает, почти визжит разъярённая «леди». — После всего дерьма, что вы допустили! Вы что, мать вашу, ебанулись?! Я не дам согласия на этот маразм!
«А ведь она права». — думает про себя Ричард, но вмешиваться он пока не станет.
— Какой же у тебя сложный характер…
— Говоришь, я — сука?
— Из-за таких, как ты, тупых карьеристок только через жопу всегда и получается.
— Ты — пездобоя́зливый мудак! Прости, что задела твоё хрупкое мужское самомнение.
— Нам просто нужно внести изменения в договор. — невозмутимо предлагает, молчавший до этого, красавец-аристократ: светло-карие глаза, уложенные волосы, алые губы — ангельская внешность самого настоящего развратного бесчувственного эгоиста.
— И как же ты, умник, уговоришь их сделать это? — ехидно интересуется у него толстяк. — Забыл? Я уже пытался!
— Ну, может быть, у тебя хрено́вые чакры, блять. Я здесь причём?
Лежащий перед Ричардом треугольный плоский IP[88], издаёт входящий сигнал. Мужчина, нахмурившись, переводит взгляд за стеклянную стену, где у дверей кабинета сидит его глупая секретарша, которой строго-настрого было велено не сметь отвлекать.
Устройство замолкает, но начинает пищать вновь.
— Я знаком с кое-кем, грешным. — тем временем, загадочно улыбается бездушный лорд, обращаясь к остальным. — Знать пороки других — не так уж и плохо, а? Уверен, он сделает всё, чтобы помочь мне.
Одна из его скульптурных идеальных бровей выгибается, а Ричард наблюдает за своей секретаршей, которая поднялась из-за стола и спешит к переговорной.
— Простите, сер, — взволнованно просит она, заглядывая в приоткрытую дверь. — Звонили снизу.
— О, Господь милостивый, — поворачивается к ней на своём стуле прерванный шантажист, — Рич, в чём дело? — смотрит он на хмурого мужчину.
— Там проблемы на входе, — продолжает девушка, не обратив внимание на нытьё этого напыщенного придурка. — Ваш сын…
— Что случилось? — напрягается Ричард.
— Он, похоже, без пропуска… устроил потасовку и ругается сейчас с охраной.
— Что? — ничего не понимает он, и, тут же, видит в коридоре Итана — бледный, чёрные глаза… появляется со стороны лестницы и быстро направляется к залу.
В груди сжимается сердце, прошибает холодный пот.
— Отведи всех в кабинет. — еле слышно требует мужчина, не сводя глаз с окаменевшего лица приближающегося сына.
— У нас нет на это времени. — начинают галдеть партнёры.
— Пошли вон! — бьёт кулаком по столу Ричард и все замолкают, и друг за другом быстро вскакивают со своих мест и выходят, озираясь вслед прошедшему мимо Итану, вошедшему в переговорную.
— Объясни это?! — кричит парень, швыряя отцу распечатанные статьи. — Что это значит?! — орёт, тыча дрожащим пальцем в разлетевшиеся по столу листы. — Кто эти люди?! Почему у них наша фамилия?
Парня трясёт, но он держится… он ещё надеется.
Ричард опускает горестный взгляд на перемешанные ксерокопии… их много, десятки, с самого первого дня аварии. Он прекрасно помнит, как долго это мусолили, как долго и бесконечно обсуждали, как мучили его расспросами.
Он поднял руку и тронул один из снимков — на чёрно-белом фото улыбалась его любимая, навсегда потерянная Селин.
— Отвечай! — вздрагивает он от крика Итана. — Кто он?!
— Мой брат, — тихо произносит Ричард. — Джонатан — мой младший брат.
— Врёшь. — рычит парень, — Ты врёшь. Возьми слова назад. — скалится он на грани истерики. — У тебя нет брата.
— Был. — просто поднимает на него взгляд отец и опускает вновь, уже на фото молодого мужчины. — Он погиб, вместе со своей женой, тринадцать лет назад.
88
IP-телефон (VoIP-телефон) — телекоммуникационное устройство, обеспечивающее возможность голосового общения удаленных абонентов.